Эвар Дерос ждал Стенета. Он помнил, что за душой главы ордена всегда приходит один из сильнейших врагов, а значит скоро будет битва, и это шанс для приемника напомнить о себе.

Для епископа все было уже решено. Только, уходя, он хотел предостеречь своего избранника, предупредить его о том, что ждет его впереди.

– Ваше преосвященство, он…

Старая рука отмахнулась от посланца, видя знакомое лицо.

– Оставьте нас, - сказал он тихо, не желая видеть всех собравшихся у своей посели.

Стенет неловко поймал протянутую руку епископа и опустился на колени у ложа умирающего.

– Я здесь, ваша светлость, не стоит беспокоиться.

– Мне так много нужно тебе сказать. Это важно, - прошептал епископ хриплым голосом. – Что ж ты не приезжал раньше?

Стен и не знал, что ответить, глядя в глаза старика.

– Скажи, чтобы они все ушли, - попросил епископ своего помощника. – Я хочу, чтобы они совсем ушли.

– Но…

– Эйд, это важно.

Только теперь Стен обратил внимание на того, кто был рядом. Эйд, он же Эйден Асер, – один из тех немногих, кого Стенет мог бы назвать приятелем прошлого. Пока этот давний товарищ выводил всех остальных из покоев, Стен заметил немало знакомых лиц, с трудом припоминая их имена.

Дверь закрылась. Они остались одни. Он увидел озадаченное, явно недовольное лицо Эйда, и начал догадываться о том, что его ждет. Эти догадки ему не нравились.

– Стенет, скоро появится Тьма, пришедшая за мной. Это неизбежно. Ты должен показать себя в бою. Знаю, ты давно не сражался, занимая свой пост, но не спорь. Уважь старика.

Епископ добродушно улыбнулся. Эта слабая улыбка на его старческом морщинистом лице казалась высшей степенью спокойного принятия. Его рука легла поверх пальцев Стенета.

– Это важно, я хочу, чтобы ты занял мое место…

Стен невольно отшатнулся, высвобождая свою руку. Против битвы он не смел возразить, но стать епископом было просто немыслимо.

– Поверь мне, невзирая на…

Старик помолчал, потом заговорил:

– Доверься мне, это просто необходимо.

– Я не…

– Не отказывайся. Нельзя уйти от судьбы. Если ты не станешь им сейчас, ты станешь им потом. Это неизбежно.

Понимать это разум Стена просто отказывался. За какое-то мгновение вместо череды мыслей и бесконечного блуждания в неясном тумане он почувствовал тяжесть и головную боль.

Все это было просто немыслимо. Он хорошо понимал, что слаб, более того находится в довольно шатком состоянии, буквально на грани падения. Он уязвим, и в любой миг может поддаться даже слабой мимолетной Тьме. Он корил себя часами и был готов приступить к самобичеванию, а ему предлагали возглавить орден, от которого зависит будущее всего человечества.

Невольно вспомнился лик из недавнего кошмара, где у Тьмы были его глаза.

– Поймите, - начал было Стен, подбирая слова, - я не…

Он так и стоял на коленях, глядя в пол, не представляя, как можно объяснить предчувствие, или скорее просто страх собственной одержимости.

Конец ознакомительного фрагмента.