Молот неуверенно протянул к шару ладони.

— Стой! — вдруг взволнованно закричала принцесса.

Булавин вздрогнул и посмотрел на неё.

— Ну что еще?! — с досадой взвился Дарес.

— Нельзя вот так бездумно обращаться с механизмами предтеч! — с праведным негодованием воскликнула она. — Если мы чего-то не учли, он может погибнут!

— Не проверим, не узнаем, — невозмутимо отозвался Дарес. — Вы зря волнуетесь, принцесса. Трудно представить человека, более благородного, чем ваш обожаемый Булавин.

— Мы чего-то не учли, — продолжала упрямо твердить Тала.

Булавин опустил руки и покосился на тусклый серый шар. Если устройству не понравится тот, кто посмел к нему притронуться, оно мгновенно его испепелит. Нда, не слишком приятная перспектива…

— И что вы предлагаете? — сдавшись, устало взмахнул рукою Дарес.

— Это место строили предтечи, раса, давным-давно оставившая привычный нам мир. Откуда мы знаем, какие понятия о благородстве у них были? — выпалила Тала, внезапно осознав, что так беспокоило её с тех пор, как она услышала от Дареса условия загадки.

Булавин сверху смотрел на принцессу с не меньшим недоумением.

— Благородство может включать в себя огромное количество понятий даже в рамках одной расы, а чего уж говорить про другие? — продолжила гнуть свое Тала. — Например, у заркан считается высшим проявлением благородства отрывать себе вторую пару рук в случае, если они нарушат один из законов чести своей расы, а у тардашей — пожирать свои экскременты после каждой успешной сделки. А что считали благородством предтечи? Возможно, нечто совершенно противоположное нашим понятиям…

— Принцесса права, — нахмурившись, был вынужден нехотя признать Дарес. — Возможно, речь идет не о душевном благородстве, а о происхождении. Но в любом случае, Зартан эту проверку как-то прошел.

— Значит, это должно быть какое-то совсем простое понятие, общее для любой расы! — воскликнула Тала. — И прежде чем повторять попытки, нужно разобраться, почему не сработали первые. Вы можете рассказать, что конкретно вы делали? Шаг за шагом…

Дарес закатил глаза и начал рассказывать.

— Возможно, дело в крови тритов, которой ты активировал «ладонь»? — предположил Булавин.

Но Дарес лишь безразлично пожал плечами.

— Как вообще машина может судить благородное у тебя сердце или нет?! — с ожесточением воскликнула вдруг Руся. — Как вообще может быть благородным тот, кто для открытия двери использует чужую кровь!

— Почему же? — возразил Дарес. — Убить врага — дело благородное.

— Но это место строили предтечи! Я… кажется, я поняла! — лицо принцессы осветила радостная улыбка, и она быстро заговорила: — Предтечи были великой расой, они достигли такого уровня развития, что вообще перестали нуждаться в телах. Значит, их мораль должна была быть абсолютной! И убийство, да вообще само понятие вражды должно было быть им чуждо! А значит, Руся права — обагрить руки в чужой крови могло быть для них величайшим преступлением.

— Но в таком случае… — пробормотал Дарес.

— В таком случае открывать дверь должна Руся. Прибор может сверять соответствие крови на отпечатке с генетическим кодом касающейся шара руки, — подытожила Тала.

— Это слишком опасно, — решительно возразил Молот. — Если это не сработает, Руся может…

— Я сделаю, — тихо сказала Золотова. Твердо взглянув в глаза Булавину, она решительно повторила: — Я это сделаю!

— Вот и чудно, — удовлетворенно потер руки Дарес и приказал: — Влезай.

И Руся проворно вскарабкалась по канату на столб.

— Погодите, — потерев лоб, попробовал возразить Молот. — Ваш рассуждения строятся на том, что к двери придут несколько человек. Возможно, хозяин и его слуги или охрана. Но что, если бы сюда пришел одиночка?

— Это место строили предтечи, раса, исчезнувшая настолько давно, что от неё почти не осталось никаких следов — лишь изредка находимые артефакты, о смысле и переназначении которых можно только гадать. Кто знает, какая логика была у этих древних существ? — с грустью повторила принцесса. — Мы можем только гадать, какое решение у этой загадки. Поэтому лучше испробовать сначала вариант, который подходит сразу по нескольким параметрам. Ведь в любом случае, мне кажется, вы не менее благородный воин, чем ваш командир, — взглянув на Русю, добавила Тала.

Золотова благодарно улыбнулась принцессе. Булавин открыл, было, рот, чтобы что-то возразить, но Руся не дала ему такой возможности. Она стремительно шагнула вперед и положила ладони на шар.

Артефакт предтеч окутало красное сияние. Оно охватило прижатые к его поверхности руки девушки и поползло вверх, медленно окутывая её тело.

— Руся! — встревожено воскликнул Булавин и поспешно шагнул к ней, собираясь оттащить девушку от шара.

— Я бы на твоем месте её не трогал! — предупредил снизу Дарес.