Джек вынул свой револьвер и нацелился.

— Эй, вы там! — Начал он. — Я из Тор…

Первый пришелец заговорил, не обращая на него никакого внимания. Его жуткий голос, словно стена, рухнувшая под напором наводнения, затряс берег.

— Мы ксКслттткстолкстол. И мы прибыли.

Агнес Хэвишем подошла с протянутыми руками.

— Приветствую, — сказала она. — Агнес Хэвишем. Я так много слышала о вас. Добро пожаловать в ваш новый дом.

— Чего? — зашипел Джек.

Янто вплотную прильнул к нему.

— Это вторжение. И его организовала она.

Джек застонал.

— Чаю? — нервно предложил Джордж Герберт Сандерсон.

— Вы что издеваетесь? Во мне столько всего, что я сейчас лопну. Какого дьявола здесь происходит?

Джордж Герберт выглядел так, будто он вообще никогда не разговаривал с женщинами.

— Ну же. Давайте немного освежимся, моя дорогая, — настаивал он, хорошие манеры взяли верх над лицом, которое выражало полное смятение. — Бромвель, чайник чая в обсерваторию, если не трудно.

— Слушаюсь, сэр, — произнёс компьютер.

Джордж Герберт потёр руки.

— Замечательно. Пойдёмте.

Он проводил раздосадованную Гвен в комнату с ещё более бесподобным видом Земли. Когда они поднялись по винтовой лестнице к столу, обложенному бумажными картами, Гвен заметила чайный столик, ненавязчиво бочком остающимся у них на виду.

— Присаживайтесь! Присаживайтесь! — указал Джордж Герберт, предпринимая слабую попытку привести в порядок карты, но потерпел фиаско. Он вздохнул и присел, отсутствующе барабаня пальцами по столу.

Гвен взяла свою злобу под контроль и изобразила на лице широкую улыбку.

— Вы ведь тот, кто я думаю, правда? — спросила она.

— Что? — казалось, мысли Джорджа Герберта были не здесь, и он разбрызгал все вокруг чаем, пока разливал его. — О, да, Мисс Хэвишем и я в самом деле обручены. Уже почти сотню лет. Боже мой, звучит смешно, когда говоришь об этом так. Я самый счастливый человек из всех живущих. Печеньица?

Гвен отмахнулась от предложенной тарелки, сохраняя улыбку и одаривая Джорджа Герберта сверлящим взглядом.

— Разве вы не должны быть на другом конце вселенной?

— Чушь! Какое нелепое предположение! Почему вселенную считают такой большой? Я всего лишь посетил пару солнечных систем. Практически по соседству.

— И всё же вам понадобилось для этого сто лет.

— Более или менее, да, — Джорджу Герберту стало немного не по себе.

— Но не так много, чтобы вернуться.

— Не так много, нет. Бромвелю удалось протащить нас на прицепе сквозь ваш Рифт, не так ли?

— Так и есть.

— Отлично, дружище. Талантливый повар, превосходный навигатор, но, — он пригнулся поближе, — к сожалению, предсказуем в шашках.

— Правда? — сказала Гвен пылко. — Какая восхитительная новость. Агнес знает, что вы вернулись?

— А… — заколебался Джордж Герберт. — Да. Да, она знает.

— Знает? — воскликнула Гвен. — Но она должна быть вне себя от радости, я имею в виду из-за вашего возвращения. Преждевременного! Понимаете… Как давно она знает?

Джордж Герберт издал свист, напоминая искаженных Герберта и Салливана.

— Боюсь, она знает уже некоторое время. Понимаете, ах, надеюсь, она не будет возражать, что я рассказал вам, но я уже несколько дней как вернулся.

— Но, — сказала Гвен, — когда она говорила мне о вас, она сказала, что вы очень далеко и… Дней?

— Дней, — сконфуженно кивнул Джордж Герберт.

— Но зачем она…? То есть…

— Мне очень жаль, — с грустью повторил Джордж Герберт. — Для вас это, должно быть, потрясение?

— Вообще-то да, но не так, каковым, наверно, было для неё. Я хочу сказать, она определённо очень счастлива. Вы оба должны быть.

Джордж Герберт выглядел как угодно, но не счастливо. Его лицо вытянулось.

— Всё немного сложнее, к сожалению.

Гвен рассмеялась.

— Уверена, она не встретила кого-то другого. Она только о вас и думает.

Джордж Герберт поморщился при этой фразе.

— Я с огорчением должен отметить, что она ответственна за ваше положение.

— Ну конечно, — вспыхнула Гвен. — Я так и думала. Как бы то ни было. То есть я думала, что нечто такое возможно. Догадалась, что вы хотели сделать ей сюрприз, но постойте-ка, что-то концы с концами не сходятся, а?