Шрифт:
— Нет, сэр, — доложил Бромвель. — Боюсь, приближается снаряд. Он столкнётся с судном через…
Гвен увидела, как что-то метнулось к ним с Земли, а потом слепота, режущий свет и ломающийся металл.
Агнес, Джек и Янто стояли на берегу, стянутые своими тисками. Они были тихи и молчаливы. зЗксгбтл из ксКслтткстолкстол возвышался над ними, не обращая внимания на прилив, который подкрадывался и обмывал его ноги. Если к дереву можно применить слово злорадство, то он злорадствовал.
— А теперь мы откроем портал и разрушим ваш мир.
Глава XVII
Мажордом подает в отставку
Гвен очнулась и обнаружила себя лежащей над поверхностью Земли. Она вращалась. Корабль тревожно гудел. Она растянулась лицом вниз над иллюминатором обсерватории, наблюдая, как вздрагивает планета. Она слышала вой сирен и треск пламени.
Стараясь не упасть в обморок от очевидного головокружения, она поползла туда, где с привинченного к полу стула свисал Джордж Герберт. Пол теперь оказался стеной.
Корабль вокруг неё опасно сотрясался. Мы падаем, думалось ей. Мы падаем с небес. Ей стало интересно, когда уже можно начать паниковать. И она сказала себе нет. Пока нет.
Джордж Герберт взглянул на неё. Его щека была рассечена. Он произнёс слово, которое, как думала Гвен, было придумано лишь в 1980-ые.
— В нас стреляли! — закричал он. — Мы в беде.
— Я догадалась, — сказала Гвен.
— Не нужно кричать, — сказал Джордж Герберт.
Гвен поняла, что кричит. Ладно, — подумала она. — Я начала паниковать.
— Бромвель, — окрикнул Джордж Герберт. — Как ты?
— Я в порядке. Спасибо, что поинтересовались, сэр. Боюсь, должен сообщить, что наш двигатель вышел из строя и мы столкнёмся с землей менее чем через пять минут.
— В порядке? — спросила Гвен Джорджа Герберта.
Он пожал плечами.
— Хорошие новости есть?
— Да. — Машина звучала так, словно мужественно игнорировала боль. — Сейчас, когда мы значительно ближе к поверхности планеты, я установил сигнал через телефон Миссис Купер. Уверен вы будете рады слышать, что приём с каждой секундой всё лучше.
Гвен уже вырвала телефон из импровизированной люльки и набрала номер.
Делая небольшое усилие и глубоко царапая запястье, Джек достал из кармана звонивший телефон. Стягивающий его ксКслтткстолкстол злобно напрягся.
— Молитвенный жезл [59] , — быстро сказал Джек. — Я связываюсь с мертвыми.
ксКслтткстолкстол расслабленно заворчал.
— Гвен! Как я рад слышать твой голос! — радостно воскликнул Джек. — Где ты?
— Терплю крушение космического корабля прямо на Землю, — сказала она. — Помогите!
— Кто бы сомневался, — протянул Джек. — Как там космос?
— Ты пьян? — с неверием буркнула Гвен.
Он услышал взрыв где-то в телефоне.
— Слегка навеселе, — согласился он. — Мы на побережье в Пенарт, на грани вторжения пришельцев. Мы привязаны к деревьям, и на нас направили пушки. Очень большие пушки.
59
У индейцев палочка или дощечка, украшенная узором, перьями, используется как обрядовое подношение во время обращения с молитвой или просьбой к богам или духам.
— Блеск, — последовал ответ — Если вам повезёт, я приземлюсь прямо на вас.
— Очень подходит нашему дню, — уныло сказал Джек.
Агнес выхватила у него телефон.
— Миссис Купер, — заторопилась она, — Джордж Герберт с вами?
— Да, он в порядке. Но сколько ещё мы сможем… прошу прощения? Что это было? Э, я перезвоню.
Дальше по берегу портал начал предвещающе светиться.
Ещё один взрыв заставил космический корабль вращаться.
Гвен закричала, почувствовав, как они нырнули. Джордж Герберт что-то кричал ей сквозь грохочущий звук разрывающегося железа. Гвен выслушала его очень внимательно и снова набрала номер.
— Гвен! — облегчение явно сквозило в голосе Риса. — Где ты? Куда ты пропала? Почему не звонила? Ты хоть представляешь, как я волновался?
— Я в космосе, — послышался слегка возбуждённый, слегка паникующий голос. — А ты где?
— Серьёзно? То есть, правда что ли?
— О да. Самый настоящий космический корабль.
— Я умираю от зависти.
— Не сомневаюсь. Поэтому я люблю тебя. А теперь слушай: ты далеко от Пенарт Роад?
— Не очень. В фургоне, помогаю прибираться после вашего монстра. Скажу тебе, грязное это дело. Моя одежда пропитана дизелем. Клянусь, я уже сломал стиралку. Ах, Гвен, какое чудо слышать тебя…