Миша посмотрел на свое отражение в окне. Он действительно был похож на зомби. Класс загудел, кто-то изображал вой ветра, кто-то треск костей, а самый смелый стал загробным голосом говорить:

– Мозги…

Импровизированное звуковое сопровождение фильма прервала Анастасия Арнольдовна.

– Так, успокоились все! – прикрикнула она.

– А Вы на нас не кричите. Я уже залил видео на свой канал, – снимал всё происходящее на телефон Семенов.

Анастасия Арнольдовна поджала губы и вышла, а Семенов подошел к Мише и прошептал ему на ухо:

– В твоем рюкзаке запрещенных препаратов на небольшой тюремный срок, ещё раз подойдешь к Кате или посмотришь на неё, или улыбнешься, или ещё что-нибудь в этом духе, и я тебя убью.

Ваня обнял Мишу за плечо и потрепал его по голове, как старого друга.

– А Дроздов то у нас курит!

Никто не реагировал на издевательства Вани над Мишей. Все были заняты своими телефонами, кто-то играл, кто-то писал сообщения, кто-то смотрел видео.

Ваня посмотрел на класс, и понял, что за ним никто не наблюдает. Он ещё ближе пододвинулся к Мише. Тот почувствовал укол чем-то острым в ногу.

– Молчать, – тихо сказал Ваня и надавил ещё сильнее. Миша опустил глаза вниз и увидел шило, которым прокалывают документы или кожу, когда чинят обувь.

– Нравится Катя, да? – спросил Ваня. – Готов за неё сдохнуть?

Миша не мог пошевелиться. Ден уже сидел с Аней и что-то показывал ей на своем телефоне. Вдруг Миша набрал полную грудь воздуха и со злостью ударил локтем Ваню по челюсти.

– Пошел ты! – сказал он.

Рука у Вани соскользнула и проткнула ногу Миши. У него пошла кровь. Порез был не большой, но очень болезненный.

В класс вошла директор школы с учительницей по обществознанию и Анастасией Арнольдовной.

– Пишем? – спросила она.

– Пишем, – покивали остальные взрослые.

– Семенов Иван Андреевич снимал меня на видео без моего письменного разрешения, – диктовала учительница по обществознанию. – Он нарушил закон о защите персональных данных.

– Как? – засуетился Ваня.

– Ты обнародовал фамилию Дроздова, которую произнесла Миронова, – улыбнулась она. – Ну что, идем в суд?

В классе повисла тишина.

– У меня два свидетеля и обвинитель, – покивала учительница, – правда, Миш?

Миша замотал головой.

– Ладно, – положила ручку на стол Анастасия Арнольдовна, – два свидетеля, обвинитель буду я.

– Прекратите этот цирк! – топнул ногой Ваня.

– Ты начал этот цирк, Семенов, в твоих силах его и прекратить, – улыбнулась Анастасия Арнольдовна.

– Все успокоились, – сказала директор. – Сейчас урока не будет. В школе проходят учения по пожарной безопасности. Слышали про случай в Челябинске?

Кто-то ответил «да», кто-то просто покивал, а директор продолжил.

– Рассказываю, в Челябинске сгорела школа. С Божьей помощью без жертв. Взорвалась лаборатория в кабинете химии. По всей области приказано провести пожарные учения. Вопросы?

– А кто её поджег? – спросила Ира.

– Следствие идет, если хочешь, Ир, узнай у папы Копыловой. Он у неё прокурор.

Директор опустила вниз глаза и оглядела класс.

– Осторожнее надо быть, детки с реагентами. Химия – опасная штука. После учений можете идти домой. Ещё вопросы?

Класс промолчал. Директор вышла вместе с учительницей по обществознанию, остальные остались в классе и стали собирать вещи.

Учения прошли быстро, все постояли, посмотрели на учителя труда и директора, поговорили о своем и разошлись.

Миша шел домой. Нога болела и он прихрамывал. Тропинка, которая вела к его дому, была вытоптана им же. Её слегка припорошило, и он оставлял на снегу следы.

– Привет, – услышал он женский голос позади него. Миша развернулся и увидел Аню. Аня была в смешной шапке и теплом пуховике, который скрывал её худобу.

– Привет, – сказал он ей.

– Ты как? – спросила Аня.

– Нормально, – буркнул Миша.

– Сделали проект?

– Нет, – ответил он.

– Что-то получается? – не отставала Аня.

– Нет, – снова грубо ответил Миша.

– Миша… – сказала Аня.

– Да что тебе?! – закричал он на неё. – Отвалите от меня со своей компанией! И Кате передай, чтобы отвалила!

Аня опустила глаза и тихо сказала:

– Катя ничего не рассказывает мне, но вроде как они с Ваней вчера разругались.