А потом…

Он сломал трость об колено, как прутик, забросил её куда-то в аккуратные квадраты фигурного сада. Содрал себя мантию, зашвырнул туда же, и широкими шагами пошёл прочь, ощущая только, что ему нужно, как можно быстрее покинуть это место, иначе он что-нибудь уничтожит. Или кого-нибудь…

Иногда ему казалось, что он всё ещё слышит внутри себя голос Зверя, который приказывает ему… Но с того дня, как Кайя разорвала связь, это ощущение постепенно угасало, а вот сегодня вдруг вновь стало таким явственным и сильным. Как будто кто-то постучал в запертую дверь, а Дитамару нужно было лишь её открыть.

Ему хотелось вернуться, проследовать за Леей и узнать, где она живёт. Впрочем, он бы и без этого обошёлся. Узнать, где она живёт не проблема. Два квартала вверх по улице, девушка-слушательница и приметная зафаринка Рут… Любой лавочник объяснит куда пройти. Но… он не пойдёт за ней. Всё это ему не нужно.

Фингар сразу понял, что джарт не в духе. Он мигом принёс бутылку кальди и кубок, и вопросов задавать не стал. Дитамар молча взял бутылку, решив, что кубок ему без надобности и открыл принесённую с собой книгу. Ту самую, которую Лея взяла для него у парифика Сирда. Надо бы потом её вернуть. Может быть стоит…

— Не стоит, Дуарх бы тебя побрал! — пробормотал Дитамар отхлёбывая прямо из горлышка.

Нет, он не пойдёт больше к ней. И не стоит искать предлогов.

Но книга особенных ответов ему не дала. Он полистал её, нашёл нужное слово. «Сарангасса» — место силы. Так ашуманцы называют любую священную землю. Это может быть храм или башня, драконье дерево или камень, это может быть даже человек. И захлопнув в ярости книгу, Дитамар снова приложился к бутылке.

И что ему искать? Этих священных земель в Ашумане, как на собаке блох! Впрочем, команда корабля должна знать маршрут, должна знать, что они везут и как это выглядит. Сундук, тюк, бочка? Что можно везти из Коринтии в священное место?

Проклятье! Он столько времени в Рокне и ни на шаг не приблизился к своей цели. Вместо того, чтобы убить проклятую тварь, он рядится стариком и ухлёстывает за девчонкой! Идиот!

Дитамар со злости швырнул бутылку в камин. Пламя вспыхнуло, взметнулось оранжево-синим и он смотрел на него не понимая, да почему же он так зол! Зол, кажется, вообще на всё на свете. Посмотрел в окно — сумерки уже сгущались.

Нечего ждать, нужно достать Фингару книги, чтобы разобрался с этим кулоном, а потом идти в порт. Он нанял пару оборванцев, проследить за тем самым домом, в котором в прошлую их встречу останавливался генерал с Кайей. Этот дом важен для королевы, в нём бывают особенные гости. Может быть, хоть там ему повезёт. А ещё надо поговорить с матросами с «Кэтрионы», он нашёл пару человек на другом корабле, которые хорошо знали маршрут королевского галеона и сегодня они будут в порту.

— Вы уже делали такое раньше, милорд? — спросил Фингар шёпотом.

— Лазил ли я через окно в библиотеку университета, чтобы украсть книги? Хм… Ну… Всё бывает в первый раз, — буркнул Дитамар, взламывая топором замок на окне и запрыгивая на подоконник. — Зажги фонарь.

Фингар забрался следом и зажёг фонарь, прикрывая свет полой плаща. Дитамар хорошо ориентировался в помещении, и они быстро прошли вдоль стеллажей к Хранилищу.

— Хм… Странно, — прошептал Дитамар, осторожно толкая дверь. — А ведь должно быть заперто…

Дверь поддалась легко, и открылась, чуть скрипнув. Пальцы непроизвольно сжали рукоять кхандгара. Но внутри Хранилища было тихо и темно, а значит, скорее всего, это просто старый парифик забыл запереть дверь. Такое объяснение было бы самым логичным.

Фингар вытащил фонарь из-под плаща и поднял его вверх, осветив полки.

— Ну, надеюсь, ты найдёшь то, что нужно, — прошептал Дитамар, забирая фонарь и цепляя его на крюк. — Да поторопись, тут воняет мышами и вечностью.

— М-м-милорд? — Фингар коснулся плеча джарта.

— Чего?

— Тут кто-то есть, — Фингар приложил палец к губам.

Дитамар тоже это ощутил. Мраморный пол передал вибрацию страха. Он прикоснулся, и Дитамара обдало невидимой волной ледяной воды. Он почувствовал это прикосновение так отчётливо, как будто эта волна была живой. Она отпрянула, сжалась в тугой клубок, готовясь к прыжку. А затем в темноте слева от него кто-то сорвался с места и бросился к двери. Но Дитамар был быстрее. Он опередил беглеца, преодолел расстояние в три прыжка, выхватывая на ходу кхандгар, и сбил невидимку с ног у самой двери. Они упали на пол вдвоём, и он зацепил плечом шкаф. Сверху посыпались книги, беглец взвизгнул, попытался вскочить, вырывался, отчаянно отбиваясь ногами, и острый каблук ударил Дитамара в грудь. Но убежать не успел. Дитамар поймал его за щиколотку, пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте.

Щиколотка оказалась тонкой и пальцы ощутили скользкий шёлк штанины. Беглец взвизгнул, но прежде чем смог хоть что-то сделать, Дитамар потянул его за ногу, навалился сверху всем телом, и подмял под себя. И понял окончательно, что это женщина.

Проклятье!

Мелькнула мысль, что, наверное, нужно зажать ей рот, и придётся её связать, иначе визгу будет на три квартала, но он ничего не успел сделать — ему в шею впились острые зубы женщины. А следом холодная волна ударила его куда-то пониже рёбер, выбивая воздух из лёгких. Иглы боли прошили тело насквозь, и под кожей потекли холодные струи, опутывая и заставляя стекленеть мышцы, а руки скрючиться в жестокой судороге. Почти как тогда, когда он прыгнул, не задумываясь, в бурные воды Суры.