Когда дед Петя придремал, а Алиса стала помогать бабушке Вере убирать со стола, тётя Лена как бы между прочим спросила:

– Вам вместе стелить или как?

– Нам стелить не надо: мы не останемся, – возразил я, и тёткин вопрос остался без ответа.

– А хоть бы и переночевали. Чего ж на ночь глядя ехать? – не сдавалась она.

– Спасибо, тёть Лен, но у меня планы.

– И в воскресенье работаешь! Одни дела на уме! – разворчалась тётушка и пошла собирать нам гостинцы.

Объяснять ей, что у меня за планы, я не собирался. На самом деле всё просто: я соскучился по Синичке. Одного раза мне мало, чтобы компенсировать две недели одиноких ночей. А сегодняшняя ночёвка на узкой кровати без возможности продолжить начатое в клубе только раззадорила мой аппетит. Поэтому да, у меня планы на эту ночь.

Дорога в сторону города в субботний вечер была почти пустая: в основном, все старались город покинуть, поэтому мы долетели до дома примерно за час с небольшим, включая неспешную поездку по городским улицам, а также разгрузку и раскладывание деревенских гостинцев. Есть не стали, без слов понимая, что теперь проголодаться сможем только к завтрашнему обеду.

Алиса расхаживала по квартире, раскладывая продукты и свои вновь привезённые вещи. Я, как кот, облизывался, разглядывая её округлости через одежду в ожидании момента, когда она угомонится и я смогу развернуть фантик этой конфетки и долго-долго смаковать её. Всю ночь. А потом – утром. И целое воскресенье у нас впереди. От одной мысли об этом у меня всё шевелилось. И это я не о волосах. Хотя мурашки неспешно прогуливались по голове организованными группами от затылка к макушке и обратно. А когда Алиска скинула тёплую кофту и осталась в обтягивающей майке, то в панике разбежались по всему телу, словно в их ряды петарду бросили. А она, как назло, что-то пишет в своём телефоне и улыбается. Нет, ну я так не играю! Подхожу сзади и ловко выхватываю телефон из её руки.

– Кому это ты улыбаешься?! – спрашиваю строго.

– Димка пишет, что Ксюша сегодня утром мальчика родила. Три пятьсот! Теперь у Алёшки братик. Представляю, как Егор рад.

Я тоже представляю. И завидую этому неведомому Егору, у которого в двадцать пять лет уже два сына. Вот нет у него миллионов, дело своё только начал, жена ещё студентка, а ведь не боится. Вкалывает, детей растит – и счастлив. И Ксюша его даже младше Алисы. А я? Успешный бизнесмен. Конечно, я со студенчества работал вместе с отцом, а за два года после его смерти увеличил активы в три с половиной раза, но ведь это всё не я создал, а он. А вот семью я должен создать сам. И не такую, в которой муж куёт миллионы и развлекается на стороне, жена ходит по салонам и тоже развлекается, но тайком, а дети-мажоры творят что хотят, зная, что деньги всё прикроют. Я хочу нормальную, ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ семью! Но таких в бизнес-кругах очень мало.

Алиса, отжав у меня свой телефон, строчит в нём послания. Открывает ответ и буквально тает от умиления.

– Смотри, я Ксюшку поздравила, а она мне видео сына прислала. Они его Костей назвали. Точная копия Алёшки, только глаза голубые, Ксюшкины. Держитесь, семёновские девчонки: у Воркунов голубоглазый брюнет родился! Сейчас Егору напишу, поздравлю.

Я целых три минуты креплюсь, потом сдаюсь и сажусь рядом с Алисой.

– Покажи, – прошу, а сердце бьётся так, как будто своего сына сейчас увижу. Вот это щекастое нечто со щёлочками вместо глаз – это и есть второй после брата будущий семёновский сердцеед? – О, смотри: зевает!

– Конечно, – смеётся Алиса, – это же человечек, просто маленький.

– Человечек…

Нащебетавшись вволю о новоявленном Воркуне, его брате и родителях, Синичка отправляется в ванную, потом иду я. Возвращаюсь и вижу, что она уже крепко спит, сидя прислонившись к изголовью кровати. Видно, что ждала меня, но сон оказался сильнее. Вспоминаю, что она сегодня ночью спала только два часа, да и я всего четыре. Укладываю свою девочку к себе на грудь, укрываю одеялом. Она сопит, уткнувшись мне в шею, а я несколько часов лежу с открытыми глазами и слушаю её дыхание.

Вот такая идиллия! Надолго ли?

Глава 32

В обеденный перерыв весь этаж только и говорит что об увольнении Ушаковой. Её даже положенные две недели не заставили отрабатывать. Никто не понимает, почему вдруг Ритка решила уйти из «Зодчего», где занимала неплохую должность с хорошим окладом. Кто-то предполагает, что её фееричное празднование дня рождения было своеобразным прощанием с коллегами. Некоторые, конечно, догадываются, но наверняка знаем только Марина, Ваня и я. Марина предположила, что Маргарита давно мечтала прибрать босса к рукам (а кто не мечтал?!), но он не обращал внимания на девушек на работе. А тут появилась я, и она решила, что Стадник «развязал» и теперь у неё тоже есть шанс.

– Только она не учла, что Иван Антонович заприметил тебя не на работе, а намного раньше, – делится соображениями помощница.

– А ты откуда знаешь? – спрашиваю я.

– Пф-ф! Я в курсе всех дел шефа, от пореза при бритье до покупки вертолёта.

– У него есть вертолёт?!

– А ты не знала? Маленький такой. Он на нём в командировки мотается.

– А почему тогда в Ростов ездил на машине? – удивляюсь я.

– Да чтоб твою Семёновку не шокировать, – смеётся Марина. – Я сначала тоже удивилась, почему он не распорядился вызвать вертолёт, а потом узнала, что у него была компания. Пока вы с ним были в ссоре, он два раза летал.

– Я не знала.

– Но в пятницу было круто! – вспоминает она. – Когда он сказал, что повезёт тебя знакомиться с родственниками, Ритка аж позеленела. Вы ушли, и она быстренько свернула свой щедрый праздник. А как тебя приняли?

– Хорошо. Они такие простые, как в нашей деревне. У бабушки и тёти хоть ремонт современный, а прадедушка не разрешил ни к чему притрагиваться в его доме. Обстановка такая же, как в восьмидесятые. Только крышу позволил поменять – течь начала.

– А чем занимались? – любопытствует Марина.