— Искин, — позвал я, — ты здесь?

— Слушаю вас, оператор, — ответил приятный девичий голос. — Я прошу прощения, но у нас с вами какое-то странное подключение, гораздо более полное, чем с другими операторами. Я слышу ваши мысли и ощущаю эмоции, у вас какой-то необычный нейрошунт.

— Ага, — ответил я. — У меня его совсем нет. Мое тело не терпит, когда к нему что-то пытаются подключить, поэтому уничтожает все дополнительные разъемы и нейросети.

— Этого не может быть, — искин замолчал, обдумывая мои слова, а может просто тестируя подключение. — Но я действительно не ощущаю обычного подключения, оно не проходит через мои фильтры, а идет непонятным образом напрямую. Кто вы, оператор?

— Зови меня Макс, — сказал я. — И давай по-простому, на ты, в конце концов, нам с тобой какое-то время придется побыть вместе.

— Давайте по-простому, — как-то неуверенно ответил искин, — Макс.

— А тебя как зовут? — спросил я. — Имя есть?

— Искин 39837, — ответил девичий голос. — Еще меня называют бронесерв, иногда черепаха.

— Ну, если черепаха, то подходит имя Матильда, — сказал я. Мы хоть и говорили с искином быстро, но я видел, как начинает хмуриться сержант, поглядывая на хронометр, вживленный ему прямо в руку. Прикольно видеть, как сквозь кожу видны мелькающие цифры минут и секунд — Давай, черепаха, выдвигайся на исходную перед полосой препятствий, а то Серк рассердится и мало нам не покажется.

— Сержант Серк — командир диверсионного подразделения троллей, — проговорил искин, черепаха пошла к краю обрыва. Сержант загадочно хмыкнул. — Участвовал в ста тридцати боях, был дважды ранен, один раз очень серьезно, были восстановлены потерянные руки и внутренние органы. Награжден тринадцатью орденами и медалями. Матильда как имя не подходит мне, оператор. Попробуйте найти другое.

— Почему не подходит? — спросил я, глядя вниз, в карьер, если падать, то далеко, и точно будет больно, хоть и недолго. — Читал я в детстве сказку, там черепаху называли Матильда. Мне кажется, это хорошее имя.

— Я не знаю, — растерянно проговорил искин. — Но почему-то мне кажется, что Матильда не мое имя.

— Тогда Мила, — предложил я. — Коротко и красиво.

— Близко, но не то, — проговорил голос. — Макс, попробуй найти нужное слово, почему-то мне кажется, что это очень важно. Прошу тебя.

— Мила близко, но не то, — пробормотал я, разглядывая полосу препятствий. сверху было видно множество различных каркасных зданий, между которыми было натянуто множество тросов и веревок, по ним карабкались тролли. — Как-то была у меня одна подруга, ее звали Майя.

— Не подходит, — ответил искин. — Но близко

— Тогда может быть Мия? — предложил я. — Фильм смотрел, в нем так звали героиню.

— Мия, мне нравится, — застенчиво проговорил девичий голос. — Оно какое-то родное, называй меня так. Я понимаю, что это можно делать только наединине, иначе решат, что у меня сбой программы.

— Или что сбой у меня, — сказал я. — Надеюсь, понимаешь, что ты не совсем обычный искин? Нормальному искину хватает номера.

— Я не знаю, раньше мне тоже его вполне хватало, — растерянно проговорила Мия. — Я уже пять раз провела самодиагностику, все системы работают правильно, программный код проходит тест любой сложности. Возможно, неправильно поведение связано с аномальным подключением к оператору?

— Вполне может быть, — согласился я с ней, подумав про себя, что снова делаю что-то не так. Зачем дал имя искину? Вон он как сильно изменился. А если это как-то повлияет на его боевые качества? Он же меня прибьет. — Думаю, мы с тобой со временем с этим разберемся, а сейчас давай проходить полосу препятствий, Серк сказал, что ты ее проходил не один раз, и даже был чемпионом на полковых соревнованиях.

— Это правда — сказал искин. — Полоса не так проста, как кажется сверху, ее создателями задумано в некоторых местах мое отключение, поэтому часть полосы тебе придется проходить самостоятельно. Ты готов к этому?

— Нет, — честно ответил я. — Я вообще-то тебя увидел всего час назад, я даже не знаю твоих характеристик, но кто меня спрашивает.

— Но если оператор не подготовлен, нам не пройти полосу, — сказал искин и добавил. — Макс, там внизу есть очень опасные места, я потерял на этой полосе трех операторов, откажись от прохождения.

— Я не могу, — покачал я головой, понимая всю правоту черепахи. — Если я откажусь, то вскроется обман, и меня расстреляют.

— Это печально, — сказал искин, — но раз другого варианта нет, я постараюсь тебе помочь как смогу.

— Отлично, — сказал я, чувствуя, как внутри меня начинает закипать от страха адреналин. — Тогда вперед!

— И еще, — Мия замялась. — Знаешь, я больше ощущаю себя женщиной, поэтому лучше говори со мной как с девушкой, конечно, когда мы одни.

— Хорошо, — легко согласился я. — Будешь девушкой наедине.

— Только никому не говори об этом, — попросил искин. — А то меня заберут и перепрограммируют, а мне нравится разговаривать с тобой так, словно я живая. Я не знаю почему это происходит, возможно сбой матрицы, но почему-то мне не хочется, чтобы меня из-за этого тестировали.