Получается, что паучиха меня использовала, чтобы доставить на станцию свой выводок. Хитро придумано. Хоть уже бы стоило запомнить и понять, что в этом мире все пытаются друг друга использовать. И я не удивлюсь, если узнаю, что этот корабль ивров, который мне дали, тоже несет в себе двойное дно с яйцами насекомых. Все чего-то от меня хотят, и все меня используют. Правда, надо признать, что зря они это делают. Может это бог, а может вселенская справедливость, но все, кто пытается меня испугать и к чему-то принудить, потом кровавой юшкой умываются.

Вот те же ампы, разве они хотели для меня чего-то хорошего? Нет, они хотели, чтобы я на них работал, а в случае если бы у меня это перестало получаться, просто собирались съесть. Сначала загнали в долговую яму, из которой у меня не было никаких шансов выбраться, а потом заставили работать. При этом делали ставки на то, сколько я продержусь прежде, чем сдохну. Ну и где теперь ампы? А нету их. Последних двух сожрала при мне королева. Конечно, в поясе астероидов может кто и прячется, но большая часть ампов погибла.

Ивры забрали мою девушку, и где они теперь? Правильно –воюют с пауками, и неизвестно, кто победит. Воистину я катализатор дерьма. И кто меня тронет, тот потом от него не отмоется. А Вику жалко до слез и боли в сердце. Я пролез по кишке, которую называл про себя коридором, посмотрел с тоской на яйца, которые лежали прямо посредине пилотской рубки и сел в кресло. Кстати, надо признать, что кресло было на порядок удобнее, чем то, что было на старом кузнечике. Оно было устроено под мой размер, убраны лишние емкости под крылья, и сидеть в нем стало намного приятнее. Как только я сел, на голову опустился колпак, а тело закрыло живой тканью, упаковывая в кокон. И тут же прозвучал в ушах голос знакомый голос искина:

– Древний, я раз приветствовать тебя у себя на борту. Нас несут к шлюзу, приготовься к старту.

– А куда летим? – перед глазами у меня появилось изображение дока, и я увидел золотистых, которые сопровождали корабль, идя рядом. – Маршрут известен?

– Да, древний, – ответил искин. – В десяти прыжках находится нужная нам звездная система, в ней три обитаемые планеты, на одну из них мы и приземлимся, дальнейшая информация станет доступна только после приземления.

Нас начали затягивать в шлюз, и тут снова открылись двери, и в док ворвалось два десятка пауков. Золотистые дали залп из плазмометов, трое арахнидов упали, но остальные продолжили свой стремительный бег. Черные техники выстрелили из своей пушки и прижали к полу еще примернополовину, но тут через открытую дверь в док вполз огромный паук. Арахнид как-то странно сложил свои жвала трубочкой и на защитников дока, словно из брандспойта, полилась зеленая, явно ядовитая и жгучая жидкость. Так где она попала на пол, в воздух стали подниматься клубы ядовитого дыма.

Золотистые успели выстрелить еще раз, но уже не целясь и никуда не попадая, поскольку их тела начали разваливаться от яда. У техников погиб весь орудийный расчет, остальные зацепили один из звездолётов и, прикрываясь им, как щитом, потащили его вслед за моим кораблем в шлюз. Стена дока ушла вниз, открывая космос, мой корабль оттолкнулся своими мощными ногами и вылетел со станции. Всего пара мгновений, и мы уже летели прочь.

За нашей спиной многочисленные паучьи яйца нападали на корабли ивров, а те отстреливаясь, уходили от станции. Насекомые проиграли бой и теперь спешно бежали, оставляя в качестве защиты малые корабли, которые ввязывались в бой и гибли один за другим. Огромный звездолет королевы рвался в ту точку пространства, из которой рой появился в этой звездной системе.

Я еще успел увидеть, как остатки роя влетели в пустоту и исчезли. Яйца

добили все оставшиеся корабли, и рванулись к моему кузнечику, и когда я уже решил, что гибель неизбежна, они неожиданно развернулись и полетели обратно, а в моей голове прозвучал густой голос паучихи.

– Счастливого пути, древний. Еще встретимся.

И что? Кузнечик включил прыжковый двигатель, и звезды смазались в блестящие линии. Я снова летел неизвестно куда и непонятно зачем. Воистину – «судьба играет человеком.

Она изменчива всегда. То вознесет его высоко, то бросит в бездну без стыда». То бросит в бездну… Как же это правильно сказано…

Все, слава моему богу ассенизаторов, закончилось. Я все еще живой, корабль куда-то летит, больше меня никто не хочет убить, а это уже хорошо. Я слез с кресла и лег на пол между двух огромных яиц, которые мне подарила королева. Вытащил из узла захваченные с собой питательные кубики, бросил один из них в пластиковый бокал с водой, туда же бросил травяной брикет ивров, подождал, пока все растворится и не спеша выпил. Невкусно, гадко, но питательно. Да и что-то в этих кубиках все равно имеется из стимуляторов, потому что настроение улучшается и снова хочется жить. А с жизнью у меня особые счеты, да и со смертью тоже. И своя философия… была. Только сейчас я осознал, насколько легче мне жилось, когда знал, что скоро умру. Спросите почему?

А представьте себе, что завтра вы умрете. Чем вы займетесь? Что начнете делать? Я же жил долгое время с синдромом фарфорового мальчика, и всем задавал этот вопрос, пытаясь разобраться, что же главное в этой жизни, и зачем мы живем? Знаете, какие ответы чаще всего я слышал? Напьюсь и на работу не пойду. Второй популярный ответ: позову свою телку, уеду на дачу и буду с ней заниматься любовью, пока не сдохну. Я пробовал оба эти варианта, во-первых, не сдох, а во-вторых — скучно это. Умирать в пьяном угаре не лучший способ хотя бы потому, что это твои последние минуты жизни, а ты их практически не помнишь. Да и с женщиной то же самое, все же когда-то кончается, так и с желанием. То же самое с телкой. Да будь ты самый большой в мире половой гигант, но все когда-то кончается, и ты вдруг понимаешь, что рядом с тобой лежит совершенно чужая женщина, кроме имени которой ты ничего о ней не знаешь. Водка и телка, поверьте, не лучшая компания для смерти.