–Ну, и кто теперь из нас выше? Раз для таких, как ты, главным является тот, кто сидит на троне. Что ж, – теперь я на нём сижу.

Бан гневно выкрикнул:

–Это ничего не значит!

Слав удовлетворённо кивнул:

–Именно! Наконец-то ты сказал хоть что-то разумное! А то я уж начал было опасаться, что у тебя кукушечку напрочь унесло. Конечно же, не имеет никакого значения, кто именно залез на трон. Имеет значение лишь то, признают ли твою власть люди.

С интересом наблюдая за реакцией Бана, Слав заметил на его лице растерянность. Он продолжил:

–Ты оглянись вокруг, Бан! Видишь эти лица? Я не говорю сейчас о моих соратниках. Взгляни на своих придворных, Бан. Они уже признали нашу власть. Они покорились нашей воле. И воле твоих бывших подданных, которые добровольно сдавали нам города, пока мы шли к твоей столице. Я тебе даже больше скажу – воктийские города на востоке тоже открыли нам ворота. Почти все. Скоро мы выйдем к отрогам Таске.

Бану потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Но, даже поняв, что ему нечего возразить этому человеку, он всё равно не собирался смириться:

–Даже убив меня, ты не победишь! Придут эльфы и всех вас перережут, как бешеных собак! Никому из вас спастись не удастся! Наглотаетесь вы собственной крови!

Повертев корону в руке, Слав повесил её на подлокотник. И только после этого ответил Бану:

–Ох, и дурак же ты, Бан! Если кто и любит кровь глотать, так это твои эльфы! Но ты не беспокойся! Они нам не страшны. Потому что ни один из них не станет биться с нами. Они будут посылать вперёд таких тупых созданий, как ты. Ну, ты же через это уже прошёл.

–Врёшь! – Бан даже ткнул в сторону Слава указательным пальцем. – Эльфы лично сказали мне, что идут воевать с вами! Они возглавили свою армию! Уж не знаю, как именно вам удалось от них спастись, но ваше везение когда-нибудь закончится!

Сначала Слав прыснул от смеха. Потом засмеялся уже открыто. Его примеру последовали тролли и Ласа. Только гномы сохранили полное спокойствие. Придворные же, как и Бан, в молчаливом удивлении наблюдали, как захватившие их город монстры веселятся в окружении привычной только им роскоши.

Отсмеявшись, Слав выдохнул:

–О-о-ох! Ничего не скажу – развеселил. Тебе бы, Бан, не королём, а шутом бы быть! А что? Должность важная и нужная. Должен же кто-то указывать правителю на его ошибки. Министры же, как правило, боятся своих постов лишиться. А шут – он ничего не боится.

Заметив, что лицо бывшего короля начало наливаться кровью, Слав поспешил его успокоить:

–Да ладно, успокойся ты! Не будешь ты шутом. Для этой должности нужен острый ум. А ты, уж поверь мне на слово, туп, как пробка. Так что не годишься ты на этот важный для государства пост. Так что отдышись и слушай, что я тебе расскажу. – Слав сделал небольшую паузу. – Так вот, Бан, слушай, что произошло под стенами Грема. Эльфы, которыми ты так восхищаешься, на самом деле пришли вместе с огромной армией своих рабов. Ну, ты лучше меня знаешь, сколько в этой армии было воинов. Ты же их через свои владения к нам пропустил. Так вот, – после того, как мы уничтожили эту армию полностью, проще говоря – всех убили, мы не нашли ни одного трупа эльфа. Бросили они своих рабов! Понимаешь? Оставили подыхать под нашими стрелами, гореть в пламени возмездия! Так что, – не страшны нам твои хвалёные эльфы, Бан.

Слав замолчал. Воцарилась полнейшая тишина. Даже пение птиц не доносилось в тронный зал. Даже жужжание насекомых не нарушало звенящую тишину.

Поэтому, когда послышалось покряхтывание слезающего со спины грифона Бартовогла, все невольно посмотрели в ту сторону.

А гном неторопливо, словно размышляя над каждым движением, спускался по петельной лестнице. Да и как тут торопиться-то? Всё-таки возраст у гнома очень даже пожилой. Далеко не каждый из подгорных жителей доживает до такого. Что уж говорить об остальных! Другим расам даже и представить страшно возраст в несколько тысяч лет!

Оказавшись на расписанном полу, Бартовогл что-то сказал ездовому. Гном покорно кивнул старейшине и, развернув грифона, направился к выходу. Бартовогл не стал дожидаться, когда его подчинённый покинет тронный зал. Старейшина сразу же направился к сидящему на троне Славу.

Со ступеньками, рассчитанными на рост людей, гному пришлось нелегко. Слав даже хотел помочь старейшине. Но вовремя опомнился. Вряд ли гордый гном по достоинству оценил бы такое отношение к себе.

Как бы там ни было, но гном всё-таки, хотя и с трудом, но смог подняться на тронное возвышение. Вот тут Слав уже вполне спокойно встал с трона и обратился к старейшине:

–Мудрый Бартовогл, садись, пожалуй-ста! Не буду же я сидеть, когда ты стоишь!

Гном свирепо и с подозрением сверкнул в его сторону ставшими на краткий миг молодыми глазами. Но, не заметив ни тени иронии или снисхождения, старейшина деловито кивнул и приблизился к трону.

Возникла неловкая пауза. Дело в том, что гному явно не по силам, точнее – не по росту оказалось взобраться на трон. То есть, забраться-то он, конечно же, мог бы. Но выглядел бы при этом крайне комично.

Слав лихорадочно искал выход из этой затруднительной ситуации. Ведь, что ни говори, но это по его вине гном попал в такое невыгодное для него положение.