– Витек!

– Толик!

Точно, Толик, учился в одной группе с Виктором и Леной, а потом перевелся в Москву. Раздобрел, отрастил бородку и смешно растягивал гласные.

Они полу-обнялись. Дружить они не дружили, но друг к другу относились с симпатией.

– Надо же, ну где бы еще встретились! Ты у нас работать будешь? Здорово! И в Москве живешь? Вообще отлично! Слушай, а девушка твоя, Лена, такая толковая была всегда, ты с ней еще?

– Да, она со мной переехала, мы поженились уже.

– О, так приводи ее, у меня начальница как раз себе ищет помощницу, чтобы была с экономическим образованием и спокойная, Лена идеально подходит!

– То есть, ей на собеседование надо прийти?

–Да ну, какое собеседование, я лично дам рекомендацию, и все. Считай, с понедельника приступать! Зарплата там хорошая, не переживай, и девочки в отделе дружелюбные…

Виктор не знал, что в нем было сильнее – радость от того, что Лена будет приносить деньги в семейный бюджет, или досада на то, как легко для нее все сложилось. Он-то столько времени потратил на все эти резюме и прочее…

Досада накрыла его с головой еще раз, когда Лена озвучила, какую ей будут платить зарплату. Даже на испытательном сроке она была выше зарплаты Виктора процентов на 40, и начальница ей сразу пообещала бонусы и повышение буквально в следующем квартале.

Но выход нашелся легко и логично. Раз твоя зарплата больше моей, то ты и по ипотеке плати больше, чем я, например, 70 процентов от суммы ежемесячного взноса, а я, так уж и быть, заплачу 30. Тогда и оставшееся количество денег у обоих будет примерно равным, что хорошо, потому что эти деньги мы соберем вместе и, по справедливости, вместе и потратим на еду и прочие блага цивилизации, а иначе Лена может же захотеть оставить немного денег себе, а на это Виктор пойти был не готов. Расписав в голове всю эту многоходовку, он собирался было долго и аргументированно доказывать Лене, почему именно она должна платить больше в банк, но Лена просто кивнула в знак согласия, как только он открыл рот и озвучил схему оплаты в процентном соотношении.

На работу и с работу они ездили вместе, а в течение дня практически не встречались, потому что работа отделов не пересекалась. Поначалу они ходили в столовую и обедали вместе, но потом оказалось, что за обедом решалось много неофициальных вопросов, и если обедать вместе с начальником своего отдела, то можно о чем-то попросить, а если с коллегами, то послушать сплетни или новости, а с женой он так и так вечером увидится. Виктор очень старался произвести хорошее впечатление, как можно раньше избавиться от налета провинциальности, хотел походить на всех тех, кто уже закрепился здесь, в Москве, подражал им и даже немного лебезил. Лена была все такой же спокойной и молчаливой, новая начальница в ней души не чаяла, продвигала и помогала, готовя Лену на свое место, потому что она сама, по плану, должна была идти на повышение через годик. Если отделы приходили обедать примерно в одно и то же время, то Виктор видел, что Лена всегда в окружении девочек – коллег, а иногда с ними обедал и Гена, потому что одна из девочек в том отделе была какой-то его дальней родственницей из провинции.

По вечерам, дома, Лена готовила и мыла посуду, а Виктор подолгу сидел в интернете и искал бывшую в употреблении мебель и бытовые электроприборы, подсчитывая бюджет, так как квартиру им уже нашли, и до переезда оставалось несколько недель.

Чтобы не отпрашиваться с работы, Виктор попросил банковского менеджера провести подписание бумаг в субботу. Увесистая пачка бумаг, график выплат на ближайшие тридцать лет, страховой полис, много, много подписей – и вот он, заветный ключик! Почти золотой. Вожделенная квартира в Москве! Виктора распирало от гордости. Ему хотелось кричать во всеуслышание: «Смотрите, какой я молодец! Смотрите, как я все рассчитал! Как я все смог! Я красавчик, я гений!». Он так сиял и раздувался, что даже менеджер банка это заметил.

– Это ваша первая квартира?

– Да! Мы недавно только переехали… Из другого города.

Огромная типовая многоэтажка с убогой детской площадкой и парой чахлых кустарников перед ней. В квартире был пол из дешевого ламината и голые белые стены, но, хотя бы, наличествовали душ, унитаз и плита.

Вот она, новая жизнь!

Было решено – вернее, Виктор сказал, – что переехать нужно как можно скорее, самим покрасить стены, а мебель и все остальное он уже нашел по объявлениям.

Теперь по вечерам после работы Лена не только готовила и мыла посуду, а еще и красила стены, а Виктор тщательно высчитывал, сколько месяцев им еще выплачивать ипотеку при условии сохранения нынешней зарплаты, а сколько – при условии увеличения оной на 35 %.

Постепенно все как-то выровнялось. Квартира была пригодной для жизни, Лена даже умудрилась сделать ее довольно уютной, несмотря на разнокалиберную дешевую мебель, да и денег, в принципе, хватало, даже на поход в кино и мороженое раз в месяц.

Через какое-то время, примерно через полгода, Лене, как и обещали, дали премию, да не простую, а в сумме шести месячных зарплат. Непонятно, почему начальница была к ней так щедра, но не отказываться же от денег из-за непонимания?

Лена сказала Виктору об этом вечером, за ужином, примерно между вопросами о том, достаточно ли посолено горячее и будет ли он пить чай.

– Да, кстати, я сегодня приказ подписала о выплате мне премии, ты знаешь, такая сумма кругленькая!

– Да, и какая же?

Когда Лена озвучила сумму, Виктора неприятно кольнула зависть. Он так старается, прикладывает усилия к тому, чтобы его повысили, заискивает перед боссом, а пряники достаются Лене, да еще так легко! За что? Что в ней такого, за что ее все любят?

Он бросил вилку на стол и встал.

– Что-то не так? – спокойно спросила Лена, собирая со стола посуду, – я думала, ты обрадуешься.