— Хорошо, — кивнул Шу, — договорились.

— Юрген! — радостно закричал Феликс, увидев кузена.

— Мы к тебе в гости, — улыбнулся Юрген, обнимая мальчика.

— Здравствуйте, ваше высочество, — учтиво произнёс Феликс.

— Приглашаю в замок, — сказал Густав.

— А Шелдон там? — спросил мальчик.

— Конечно. Соскучился?

— Вот ещё!

— Скажи, тебе нравится в этой школе? — поинтересовался Юрген, пока они шли по вымощенной булыжником улице.

— Очень! — ответил Феликс.

— И что же тебе там нравится? У тебя там появились друзья?

— Друзья? Нет. Причём тут друзья? Мне учиться нравится. Я хочу стать лучшим.

— Лучшим? В чём?

— Во всём! Хочу лучше всех знать языки, лучше всех стрелять, лучше всех драться…

— Никого не напоминает? — усмехнулся Густав.

— И кем же ты собрался стать, когда вырастешь? — пропустив слова принца мимо ушей, спросил Юрген.

— Я хочу служить королю.

— В какой же должности?

— А это как прикажет король. Было бы здорово стать шпионом.

— Ты считаешь, что это здорово?

— Конечно! Я хочу быть, как ты.

— Разве я шпион? Я же визирь.

— Нам на первом уроке сказали, что самые лучшие шпионы на материке это его высочество принц Густав и визирь великого шоно Юрген. Ну, это помимо тех, кто на Алима работает в Фейсалии.

— И кто же это вам такое сказал?

— Директор.

— И откуда ему такое известно, а, Таво?

— Понятия не имею, — рассмеялся принц.

Когда они вернулись в замок, их встретил довольно взволнованный Жорж, что для Кафара было странно.

— Там это, — проговорил он, размахивая руками, — посол этот и Никсон дерутся на мечах.

— Где они дерутся и откуда они взяли мечи? — спросил Юрген.

— А ты считаешь, у нас в замке нет мечей? Они в фехтовальном зале.

— Папа с кем-то дерётся? — подал голос Феликс.

— Сейчас узнаем, — сказал Шу и вместе с Густавом поспешил в фехтовальный зал. Мальчик побежал за ними.

Юрген точно знал, что Витольд не умеет драться, не то на мечах, вообще никак. Имари же был профессиональным убийцей. Он и деревянным мечом для тренировок мог убить, а что уж говорить о настоящих. Помня о словах посла, что оставлять в живых не в его правилах, Юрген боялся, что они опоздали и что ему сейчас придётся утешать Феликса.

— Подержи ребёнка, — попросил Шу Густава, а сам вбежал в зал.

Витольд стоял на коленях, опираясь на меч, его рубаха была вся в крови, но он был ещё жив. Имари держал в руках своё оружие, готовый продолжать бой.

— Прекратите! — крикнул Юрген, уже потом сообразив, что кричит на языке сарби. Но Имари его понял.

— Этот человек заслуживает смерти, — проговорил посол.

— Этот человек — мой дядя, — перешёл на язык айни Шу.

— Это имеет какое-то значение? Сейчас он просто маленький кукушонок, попавший в силки.

— Он отец моего брата. Не смей его добивать.

— Папа! — пронзительный крик Феликса отразился эхом от стен фехтовального зала.

— Я не сумел его удержать, — проговорил зашедший Густав. — Прости, но он кусается. Это было неожиданно.

Увидев сына, Витольд вымученно улыбнулся и потерял сознание, роняя меч. Феликс бросился к отцу, подобрал его оружие, с трудом держа его обеими руками, и развернулся к Имари.

— Нападай! — проговорил мальчик.

— Подожди, Феликс, — сказал Юрген, подходя ближе. — Сначала закончи школу. Давай сюда меч.

Мальчик позволил забрать у себя оружие и развернулся к отцу.

— Ты хочешь драться? — спросил Имари.

Тем временем к раненому подошли Густав и Жорж. Кафар поднял Витольда на руки и понёс из зала. Феликс пошёл за ним.

— Я не очень хорошо владею мечом, — ответил Юрген. — Ты ведь умеешь драться без меча?

— Разумеется, — кивнул Имари и поставил меч на место.

— Отлично, — Шу тоже положил оружие.

— Я никогда не пойму тебя.

— Мне жаль.

— Этот человек, которого ты называешь дядей, предал тебя.

— Я знаю. Скажи, Имари, это ведь ты убил Джеро?

— Ты всё-таки понял это.

— Я с самого начала это знал.

— Вот оно что. Я буду драться насмерть, считаю своим долгом предупредить.

— Не сомневался.

— Тогда начнём?

— Густав, ты будешь нашим свидетелем! — объявил Юрген.

— Да я уж понял, — кивнул принц. — Я жду. Давайте.

Шу с самого начала не собирался драться честно. Не с убийцей из Ямато. Юрген дрался, зная, что на кону была его собственная жизнь. Он использовал всё, что знал и умел, прекрасно понимая, насколько силён его противник. Но Имари не владел теми приёмами, которым был обучен Шу, хотя наверняка после случая со стражником подозревал что-то подобное. Бой был недолгим. Только когда Имари упал навзничь, безвольно раскинув руки в стороны, Юрген понял, что потерял контроль. Нервы сдали. Он мог сделать так, что его противник просто потеряет сознание, а мог и убить. И сейчас Шу сам не знал, что именно он сделал.