— Хорошо.

Вибрация снижается, но не исчезает полностью.

— Зачем ты это делаешь? — бормочу я. — Мы же, мать твою, в ресторане.

— Мне все равно, где мы. Я доставляю тебе удовольствие когда захочу и где захочу. Потому что давай посмотрим правде в глаза, это не было настоящим наказанием, не так ли? Говори правду, — протягивает Томас, кладя предмет на стол для полного моего обозрения. Черт, это похоже на давление. Как будто Томас знает, что владеет мной или что-то вроде того. Конечно, владеет. Я тоже это знаю. Просто хотела бы того же.

Вздыхаю и поправляю платье, пытаясь вернуть то, что осталось от моего самоконтроля.

— Да, сэр… мне это нравится.

— Хм... вот это моя хорошая девочка.

Такие простые слова… они что-то делают со мной.

Особенно часть про «моя».

От этого слова в моем животе появляется трепет.

Томас поднимает вилку и съедает еще несколько кусочков, прежде чем снова положить ее. Затем смотрит на меня, на мою тарелку и вилку и указывает:

— Ты закончила?

Киваю, стараясь вести себя как можно более обыденно, пока моя задница горит огнем.

— Тогда давай уйдем отсюда.

— Но нам еще не принесли десерт.

— О… я знаю, — усмехаются мне. — Мы скоро доберемся до этой части. — Он небрежно машет рукой официанту. — Счет, пожалуйста!

Глава 19

Томас

На обратном пути беру ладонь Хейли и кладу на свой член. Он мгновенно твердеет от ее прикосновения, и я провожу ее пальцами вдоль ствола, чтобы дать ей четкую картину.

— Забудь о нежности, — говорю, облизывая губы. — Сожми его с рвением и силой. Когда эти штаны будут спущены, я хочу быть готовым похоронить себя глубоко внутри тебя.

Девушка прерывисто вдыхает и тоже облизывает губы.

— Ты еще не сказал мне, что мы собираемся делать...

— Очень скоро узнаешь. Мне нравится элемент неожиданности, особенно когда я использую его на такой девушке, как ты.

— Такой, как я? Скажи же мне, что я за девушка? — мурлычет Хейли, поглаживая меня смелее.

Я усмехаюсь, вдавливая педаль газа в пол.

— Необычная. Неуверенная. Неопытная. Готовая. Нуждающаяся. И прежде всего... чертовски сексуальная, когда шалишь.

— Неуверенная? Кажется, ты с кем-то меня. Во мне чувствуется неуверенность? — Она сжимает мой член, а затем тянет молнию вниз, вытаскивая его из трусов.

— Черт... возможно, я недооценил тебя, — стону, когда она начинает поглаживать мой ствол.

Хейли улыбается и плюет на руку, затем проводит по всей длине. Чтоб меня. Теперь она мастурбирует мне обеими руками, пока я пытаюсь вести машину.

— Возможно, у меня было не так много парней, но это не значит, что я никогда не видела член. Это также не значит, что я никогда ничего с ними не делала.

— С кем, с парнями?

— С членами.

Я прыскаю со смеху, но быстро затихаю, когда она прикасается к чувствительному месту.

— Плюс, я кое-что узнала от моей вечно возбужденной соседки по комнате. Ну и еще из порно.

— И что же ты узнала из порно? — прикусив губу, спрашиваю я. — Просто любопытно.

Девушка ведет бровью.

— Лучше покажу.

Она наклоняется к моему паху. Когда ее язык касается основания, я почти взрываюсь.

— Ч-черт… — пытаюсь нажать на педаль тормоза, потому что еду слишком быстро после того, что она только что сделала, но чертовски трудно использовать ногу, когда у тебя отсасывают.

Ее рот мягкий и влажный, а язык — очень приятный на моей коже. По тому, как она облизывает меня, могу сказать, что девушка действительно знает толк. Всерьез начинаю думать, что она делала это раньше. Может, она и не такая уж девственница, как говорила.

— Не первое твое родео, не так ли? — бормочу я.

— Нет, но ты не станешь отрицать, что тебе это нравится, — говорит она между посасываниями.

— О, никогда бы не подумал, — стону в ответ. — Блядь, но ты же приврала о том, что девственница?

— Отсутствие члена в моей киске до тебя не означает, что я девственница. По крайней мере, для меня.

— Забавно, — говорю я. — Развратная, значит?

— Ты дашь мне закончить или предпочтешь поболтать? — спрашивает она, поднимая голову.