— Что мы могли? — возмутилась она. — Ты не всесилен. Он бы растоптал тебя раньше, чем загорелся! — Крессман вздрогнула и повернулась к дубу. — Так что насчёт перемещения в более удобное для убийства место?

Дуб гневно зашелестел листвой и вытянул особенно подвижную ветвь. Нерисса вздрогнула, когда дерево оцарапало ей кожу на обнажённой руке, а потом с трудом сдержала крик. Ветки, сильные, прочные, внезапно схватили её и потянули вперёд.

Из-под земли вылетел могучий корень и метнулся к мужчине, стоявшем за спиной у Альберто.

— Немедленно прекратить! — взревел Альберто, вновь вскидывая руку.

Теперь его кулак и вправду обуяло пламя. Нерисса знала, что из стихийных заклинаний легче всего Альберто давался именно огонь, но никогда не видела, чтобы тот был таким сильным. Пламя, казалось, было готово вот-вот окружить всё его тело. Маленькие искорки срывались и с волос, глаза потемнели, из карих став чёрными, и мужчина сделал шаг вперёд. Языки огня потянулись к корню, пытавшемуся захватить жертву в плен, и дуб застыл, дожидаясь дальнейших действий.

— Спасибо, — донеслось из-за спины, — что вмешались! Как приятно, когда тебя так активно защищают…

— Мне плевать, кто это и что ты с ним сделаешь! — рявкнул ди Руаз, даже не обернувшись. — Отпусти моего секретаря, забирай своего пленника, выйди за пределы академии и делай с ним, что хочешь.

Дуб задумался. Ещё минуту назад ветви пытались задушить Нериссу, а теперь, казалось, просто поддерживали её на весу.

Листва вопросительно зашелестела.

— Я не понимаю твой язык, — в голосе Альберто зазвучала угроза. — Выражайся яснее.

— Он спрашивает, — вмешался незнакомец из-за спины, — какой расы эта девушка.

— Чистокровная человечка, — не задумываясь, отозвался Альберто и наконец-то обернулся на того, кого бросился защищать.

Этот мужчина человеком точно не был. Глаза, напоминающие кошачьи, казалось, вмещали в себя все возможные оттенки. В них плескалась магия. Незнакомец был выше Альберто, да и любого другого представителя его расы, пожалуй, тоже, но не казался могучим, как орки, скорее просто высоким и худым. В нём можно было действительно отыскать что-то общее с ясенем, полуорчанка навела неплохое сравнение.

Но Альберто нисколько не волновало, кого он видел перед собой.

Дерево вновь зашелестело, и Нерисса почувствовала, что задыхается.

Она попыталась колдовать, но магия не слушалась. Чем бы ни было это дерево, но его сила во много раз превышала возможности Нериссы, да и Альберто тоже. Вот только ди Руаз об этом, пожалуй, не догадывался. Или огонь действительно был слабым местом дуба?

— Отпусти её, — с угрозой повторил он. — Немедленно. Если тебя не сожгу я — сожгут люди из министерства. Чего ты хочешь?

Дерево зашелестело вновь, но Альберто только обречённо покачал головой. Разумеется, он был не в силах разобрать ни единого слова. Но дух, руководивший дубом, кажется, вовремя понял, в чём проблема. Он вскинул корень, смел часть вымощенной аллеи, освобождая землю, осторожно выровнял её и кончиком корня принялся писать.

Альберто, напрягшись и пригасив пламя, нервно всматривался в слова, образовывавшиеся из кривых букв. Дуб оказался письменным, да и почерк у него был весьма каллиграфичным, только несколько витиеватым.

"Пусть он заберёт", — гласила надпись.

— Он — это тот, кто у меня за спиной? — уточнил ди Руаз, стараясь говорить спокойно.

Нерисса видела, насколько он был напряжён, но ни посочувствовать, ни порадоваться, что вызывала у мужчины такой интерес, не могла, слишком крепко её держало дерево.

Дуб, выражая своё согласие, согласно затряс Нериссой в воздухе.

"Пусть заберёт ЭТО и её дух!" — написало тем временем дерево новое послание.

— Но я вселил его в управляющий кристалл! — возмутился преследуемый. — Я не могу забрать из дуба управляющий кристалл! Как я тогда буду указывать ему, что делать?

— Тебе не кажется, — раздражённо уточнил Альберто, — что он и так несколько вышел из-под твоего контроля?

Дуб опять закивал — точнее, затряс Нериссой, — и она вскрикнула от боли. Всё тело, казалось, сжимали отвратительные тиски, и она находилась на грани потери сознания. Дышать тоже становилось всё труднее. Девушка не сомневалась, что если упадёт в обморок, минуты её будут сочтены. Сейчас, всеми силами сопротивляясь и отталкивая мелкие ветки, которые старались оплести её, она и так теряла слишком много энергии, но если дуб сможет делать всё, что захочет, листва быстро сомкнётся на её горле.