По существу, он использовал огромный акведук, чтобы заставить циркулировать по нему три класса предметов: личную информацию (e-mail, справки), товары (Amazon, eBay, видеоигры) и карты самого трубопровода (Yahoo! Google). Естественно, если мы вернемся в те годы и подвергнем их пристальному анализу, мы найдем практически безграничный спектр пользований Интернетом: но если мы просто хотим скрепить спинной хребет и всего лишь выявить геологические формации, зародившиеся тогда и только потом превратившиеся в горы, мы увидим три простые вещи: карты, товары, документы.

Почти то же самое можно сказать о первых мореплавателях, открывших великие межконтинентальные пути в шестнадцатом веке. То есть стратегия традиционная. Классический дебют, если бы мы говорили об игре в шахматы. Даже имея в виду самый скрытый ход, а в итоге наиболее важный. Что-то еще купцы-мореплаватели шестнадцатого века распространяли по миру: Бога. Они были миссионеры, у них была миссия. Можно сказать, way of life [3] . Определенный способ бытия в мире. И благодаря цифровой революции тоже начинает складываться определенный способ бытия в мире: обороты мысли. Логические связки, которых раньше не было. Другая идея порядка, другой взгляд на реальность. Не совсем религия, но что-то очень близкое к ней: ЦИВИЛИЗАЦИЯ.

Мы сможем опознать ее, если поближе присмотримся к ее первым следам – археологическим данным – и изучим их: в этих жестах есть нечто, все время повторяющееся, почти что общие соматические черты, иногда навязчивый тик. Признаки произошедшей мутации. Люди оставляют странные, невиданные следы.

Хотите узнать больше, прочтите Комментарии, которые следуют ниже: это завораживает. Немного сбивает ритм нашей реконструкции цифрового спинного хребта, но также и помогает понять эту революцию по-настоящему.

Хотя, если подумать, можете захлопнуть книгу и кинуть ее в печь: с вашей стороны вполне возможный выбор. Я это понимаю и без всякой задней мысли перехожу к Комментариям. Обожаю это слово, немного винтажное.

ЗАКАТ ПОСРЕДНИЧЕСТВА

Польза от реконструкции спинного хребта цифровой революции состоит в том, что после, среди гор, ты можешь ходить и раскапывать. Как геолог, как археолог. Что станешь искать?

Ископаемые останки. Следы, оставленные теми людьми. Знаки.

Первый ты найдешь почти сразу, его даже ребенок заметит: ВСЕ ЭТИ ОРГАНИЗМЫ МИНОВАЛИ ПЕРЕХОДЫ И СТРЕМИЛИСЬ НЕПОСРЕДСТВЕННО ОВЛАДЕВАТЬ ВЕЩАМИ. Так они и двигались: минуя переходы.

НЕПОСРЕДСТВЕННО ОВЛАДЕВАТЬ ВЕЩАМИ. Взгляните на товары, это проще: продавая книги online, Amazon миновал переход, выводил из игры книжный магазин [на самом деле не только его, но остановимся на том, что видится наиболее ясно]. eBay и того пуще: миновал все переходы, аннулировал все магазины, в теории уничтожил даже и Amazon: товар непосредственно передается от одного человека к другому: никаких посредников, купцы исключаются.

Столь же линейна дорога электронной почты, от того, кто пишет, к тому, кто читает: куда подевались почтальоны, марки, мифическая почтовая система? Похоже, растворились в небытии. Конверты, почтовая бумага? Пф-ф. Даже Google, да еще в такой зрелищной манере, уничтожил переходы и посредников: нет больше касты мудрецов, которые знают, где добыть знание; это знает некий алгоритм, он включается незаметно и приводит тебя непосредственно к тому, что ты искал.

Перед нами совершенно новый феномен. Пропуска хода не предусматривает ни один классический дебют. Значит, стоит пристальнее в него вглядеться.

ПРИЛИВЫ. Интересно понять, что останется на доске, если убрать с нее все виды посредничества. На первый взгляд кажется, будто остается некий РАСПОРЯДИТЕЛЬ ИГРЫ, далекий, почти легендарный: он облегчает игрокам ходы по клеточкам, которые находятся у них перед глазами, следит за тем, чтобы система функционировала, управляет трафиком и забирает себе какую-то часть дохода – eBay, например, или Yahoo!. Это существо скорее безличное, или по крайней мере суперличное (не конкретный индивидуум, а некая туманность, состоящая из индивидуумов). Часто это вообще алгоритм, как в случае Google, или сетевой протокол, как в случае e-mail. Это – немногим более чем система правил, организованное пространство, чистая доска, открытое поле, слегка контролируемое неким весьма отдаленным существом. Возникает отчетливое впечатление свободы, бесполезно это отрицать.

Но если вглядеться еще лучше, можно заметить, что в кажущейся пустоте открытого поля проступают узнаваемые очертания новой силы, настолько новой, что в первый момент трудно сосредоточить на ней взгляд: это как бы течения, едва заметные. Приливы, отливы. Их порождают движения пользователей, циркулирующих в этом пространстве. Тех, скажем, кто покупает на Amazon. Или тех, кто пользуется Google как поисковиком. Они движутся, странствуют и оставляют следы. С самой первой минуты распорядители открытых пространств отдавали себе отчет в важности этих следов и ни в коем случае их не уничтожали, наоборот, научились их регистрировать и оформлять так, чтобы они могли быть прочитаны, – и стали их использовать, придавать им значение. Самый красноречивый пример – это Google. Они хотели индексировать, выстроить в иерархическом порядке веб-страницы, где вы могли бы найти то, что ищете, такая задача по логике вещей почти очевидна. Только трудно было выбрать, какие страницы поставить во главе списка, индексировать их как лучшие. Согласно традиционной логике, следовало привлечь экспертов, которые каждый раз указывали бы, какие сайты лучше других: но Google работал с такими числами, что это было нереально, а главное, он уже вышел за пределы подобной логики, инстинктивно стремясь миновать переходы и посредничества, чтобы овладеть миром просто так, непосредственно. Стало быть, никаких экспертов. И что тогда? А тогда они совершили один из тех революционных ходов, какие определяют мутацию, которой мы занимаемся: решили, что выбор различных пользователей определит, что лучше, а что хуже; прослеживая в сети путь каждого пользователя, фиксировали течения более мощные и более слабые, и это становилось, с минимальными коррективами, географией знания. КУДА ИДЕТ БОЛЬШЕ ЛЮДЕЙ, ТАМ И ЛУЧШЕЕ МЕСТО. В итоге: сегодня к Google, который сам по себе, строго говоря, не является экспертом ни в одной области знания, обращаются как к оракулу, ибо он скрупулезно передает мнения и суждения миллионов. Мы видим, как здесь устанавливается принцип, который впоследствии станет определяющим: мнение миллионов невежд больше заслуживает доверия, ежели правильно его прочесть, чем мнение эксперта.