На следующий день она ехала в машине меж живописных тосканских холмов. Самуэле водил, как и большая часть итальянцев, нервно и опасно, потому Стефания предпочитала не смотреть на дорогу, а любоваться пейзажами. Теплый ветер врывался в открытое окно, развевая ее рыжие волосы. Трепещущие пряди напоминали языки пламени, сверкая на солнце огненным блеском.

Самуэле бросал на девушку восторженные взгляды. Она нравилась ему до безумия, но пока девушка практически связала ему руки и не подпускала к себе, и Самуэле оставалось довольствоваться ролью хорошего друга, которую он исполнял слишком усердно. Он втайне даже начал мечтать о том, чтобы она переехала жить на ферму. Тогда они встречались бы куда чаще, работали бок о бок, а это, несомненно, сблизило бы их.

Самуэле развлекал ее пространными разговорами, шутил, но она, делая вид, что слушает его, рассеянным взором смотрела на пробегающие мимо красоты. Тоскана всегда ее завораживала, но она редко ездила по ее просторам. И вот сейчас взгляд терялся вдали, среди скошенных золотистых полей, по которым были разбросаны катушки сена. В контрасте с ярко-синим небом желтоватые холмы казались, в самом деле, золотыми, и Стефания восхищенно взирала на них.

Но вскоре она поймала себя на мысли, что думает совсем не об этих прекрасных холмах. Предстоящая встреча с синьором Джентилетти отчего-то заставляла трепетать ее сердце. Наверное, причиной тому была ее дерзкая выходка: явиться так, без предупреждения, казалось ей очень дерзким шагом. Как он воспримет ее приезд? А если рассердится? И тогда конец их позитивному и продуктивному сотрудничеству.

Резкая остановка машины перед воротами заставила Стефанию очнуться от грез.

– Вот мы и приехали! – подмигнул ей Самуэле. – Пока сиди. Я открою ворота и загоню машину.

Сердце Стефании колотилось, как сумасшедшее, пока он отворял ворота и загонял машину. Потом она робко вылезла из автомобиля и нерешительно остановилась. Самуэле взял ее за руку и потянул к дому.

– Пойдем, я сначала познакомлю тебя с Лучией. Это она разводит цветы. Уверен, что ты найдешь с ней общий язык, она добрейшая женщина. А потом я отведу тебя в сад. Думаю, синьор Джентилетти тоже там.

Они вошли в просторную прихожую, оформленную в сельском стиле, и Стефания вдруг почувствовала себя как дома. Она провела в похожей обстановке все свое детство на ферме родителей. Девушка даже улыбнулась от нахлынувшей ностальгии. Конечно, вся мебель и детали были совершенно другими, но атмосфера была точь-в-точь такой же.

Из прихожей две двери вели в кухню и в гостиную. Самуэле вошел в кухонную дверь, и Стефания, последовав за ним, увидела там немолодую пышную синьору, что-то стряпающую за большим столом. С плиты доносились такие ароматы, что у Стефании защемило желудок. Женщина, заметив движение, повернула голову в их сторону и посмотрела на вошедших рассеянным взглядом. Потом глаза ее оживились, и рассеянность превратилась в живой интерес.

– Buonasera, signorina4? – с несколько вопросительной интонацией произнесла она.

– Меня зовут Стефания, – смущенно проговорила девушка, протягивая ей руку. – Я флорист в вашем магазине цветов, продаю выращенные Вами растения…

– Охххх, как я рада с тобой познакомиться! – воскликнула синьора, и лицо ее засветилось искренней радостью. – К сожалению, руку пожать не могу, она вся в соусе, а вот в веснушчатую щечку чмокну, если позволишь, – засмеялась она и поцеловала девушку в щеку. – Ох, сколько веснушек! Какая прелесть, – протянула женщина, рассматривая Стефанию, словно та была очаровательной маленькой девочкой. – Самуэле немало рассказывал о тебе, а синьор Джентилетти просто в восторге от твоей работы. Я все прошу его пригласить тебя к нам!

– Но я не дождалась его приглашения и приехала сама, – по-прежнему смущенно улыбнулась девушка. Эта синьора ей определенно нравилась, но Стефании еще предстояла встреча с хозяином, и она опасалась, что он не будет так рад, как эта добродушная женщина.

– Меня зовут Лучия, – сказала та и лучезарно улыбнулась, полностью оправдывая свое имя5. – Присаживайся, я тебя сейчас чем-нибудь угощу, вот только закончу это блюдо. Потерпи минут пять.

– Ах, синьора, не беспокойтесь, я недавно обедала, – сказала Стефания. Это была святая правда, несмотря на то, что от восхитительных ароматов она внезапно ощутила волчий голод.

– Никаких «синьора» я не потерплю! – с наигранным возмущением произнесла Лучия. – Я откликаюсь только на имя! Самуэле, а ты, надеюсь, еще не проголодался после обеда?

– Я всегда голодный, как только попадаю на твою кухню, ты ведь знаешь, – подмигнул ей парень.

– Вот обжора, – покачала головой Лучия.