Шрифт:
– Ха-ха, ловко я вас, – мстительный Юрао даже головы не поднял. – В следующий раз не стоит злить почти чистокровного дроу!
– Шш-шутник, – прошипела я.
Одарив меня лучезарной улыбкой, Юрао торопливо дописал нужную информацию, свернул лист, спрятал во внутренний карман и объявил обоим гномам:
– Все, нам пора. – И мне: – Дэй, время.
* * *
Когда мы покинули банк, в кошельке Юрао звенело золото жестоко обманутой нечисти, а сам он весело насвистывал какую-то мелодию.
– Я вот о чем подумал, – прервав художественный свист, начал партнер. – Что если нам самим получить доступ к счетам Императорского банка?
Мысль интересная, сама все думаю, как до этого заказчика добраться.
– Без участия магистра Тьера? – Да, я сразу поняла, куда он клонит.
– Тьер-старший уже отобрал у нас пластину с описанием ритуала из человеческой магии, и больше я от него ничего не слышал.
И я о Царапке ни слова больше. И об артефактах. И вообще о чем-либо связанном с этой историей. Заговор молчания, к Бездне!
– Ну-у, – протянул Юрао.
– В любом случае, для начала нам нужно отправиться в этот банк, а он, как тебе известно, располагается в столице, – напомнила партнеру об этой «маленькой и незначительной» детали.
Остановилась, увидев подъезжающего Нурха, и повернулась к Юрао.
В следующее мгновение дыхание почему-то перехватило…
Может, причина была в том, что золотые волосы дроу так потрясающе гармонировали с вывеской «ЗлатоСереброИнвестБанка» и с фасадом тоже. И вообще, Юрао, освещенный солнцем, на фоне всей сверкающей под прямыми солнечными лучами площади, очень даже смотрелся. Но скорее потому, что сиял от счастья, как новая монетка.
И вот стою я, смотрю на него и никак не могу понять – мне кажется или яркое зимнее солнце действительно увеличилось?!
– Что? – спросил удивленный моим взглядом партнер, так же радостно улыбаясь.
– Все сверкает… – Смутное подозрение начало формироваться во что-то угрожающее. – «ЗлатоСереброИнвестБанк», ты… снег… дома… в ореоле золотого сияния просто…
Улыбка Юрао начала меркнуть.
– Так солнце же. – Нурх подъехал, обдавая нас взметнувшимися при приближении кареты снежинками. – Вона солнце как сверкает, и здоровущее такое вроде как…
И смутное подозрение стало страшным осознанием!
– Беги! – прошипел Юрао, вскидывая руки.
Я не успела ничего сделать – успел Нурх. Мгновенно сообразивший, что дело светит прогулкой в Бездну, кентавр бросил карету, схватил меня и помчался прочь от главной площади, по которой ходил, гулял, спешил по делам народ, населяющий Ардам! Народ и не подозревающий, что находится в смертельной опасности.
В следующее мгновение загудела пространственная воронка, призванная Юрао!
И почти сразу городскую площадь Ардама накрыло огненной стеной…
Взрывная волна сбила Нурха с ног, и он выронил меня прямо на мостовую… Я болезненно ощутила и удар, и то, как меня, переворачивая, проволокло по дороге… Повсюду слышались крики и стоны, звон выбитых взрывом стекол, крики раненых… Но это казалось такой мелочью по сравнению с нарастающим огненным гулом… «Гнев Солнца»! Одно из сильнейших заклинаний Белой магии. И лежа на заснеженной дороге, я отчетливо понимала – даже слабейший удар «Гневом Солнца» – это уничтожение абсолютно всего живого и неживого в радиусе пятисот шагов… И самая слабая как раз первая волна…
Вторая нас всех убьет!
Но ничего не происходило…
Ничего, хотя я точно знала, что вторая волна следует за первой через четыре секунды, а они уже явно прошли. И я с трудом села, чувствуя, как саднят разбитые коленки, ощущая кровь, стекающую по разодранным ладоням и локтям, и, лишь открыв глаза, поняла, что сижу в темноте. На площади в зимний полдень было темно. Как ночью…
И когда глаза привыкли к мраку, я с удивлением разглядела Ночных стражей – стремительно выбегающих из пространственной воронки, Дневных Стражей – быстро и уверенно уносивших пострадавших граждан с площади. И, как оказалось, здесь были даже жуткие императорские гончие, от одного вида которых в дрожь бросало: в данный момент они вылетали из горящего и уже сотрясающегося «ЗлатоСереброИнвестБанка», вынося на руках пострадавших гномов. Вовремя! Через мгновение проснулся дух-хранитель, взбешенный порчей охраняемого им имущества, и вот сейчас находиться в банке было более чем небезопасно.
– Госпожа, – ко мне стремительно подошел один из Дневных стражей, – так, внимание на меня, сколько пальцев?
Я посмотрела на демонстрируемую ладонь, насчитала четыре, о чем и сообщила стражу.
– Значит, состояние не критическое, – мгновенно резюмировал он и, распахнув мое пальто, начал быстро прощупывать ноги, одновременно продолжая допрос: – Мои прикосновения чувствуете?
– Отчетливо. – Я попыталась отодвинуться.
– Сидеть, – рявкнул на меня представитель закона и порядка.