– Два и девять десятых процента, - шипел Юрао.

– Мы начали с двадцати, - рычал Наавир.

– У тебя был шанс остановиться, - наставительно сообщил Юр и вдруг остановился сам.

К этому времени мы перевернули вверх дном кабинет покойной леди Лиарры, и продолжали искать записи, камни, скрытые рычаги, потаенные заклинания - все, что могло оказаться входом в тайное подземелье. И теперь в багряно-синем помещении на иолу лежали книги и исписанные листы, картины со стен были сняты и тоже находились на полу, графин с водой, который мы едва не опрокинули, так же опустили...

– Стоп, - задумчиво произнес Юрао.
– Дэй, говоришь она морская ведьма?

– Мы так думали, - сидя на полу и просматривая обнаруженные в мусорном ведре записи, ответила я.

– Наавир, а вход отследить не удается почему? Магически открывался?

– Какая-то странная магия, она не оставляет следов, да и возмущения магического фона при активации так же судя но всему здесь не наблюдалось.

В голове вдруг промелькнула странная мысль. Я посмотрела на Юрао, тот на меня, разом повернулись к графину с водой.

– Вот лично я ничего не знаю о темных леди, но есть сомнения, что в качестве питья они предпочитают воду, - протянул Юрао.

– Да, обычно вино или сок, - подтвердил Наавир.

Я встала, взяла графин, вернула его на стол на прежнее место. Что любопытно - графин тут стоял часто - форма его донышка отпечаталась на полированной поверхности.

– Будем экспериментировать, - задумчиво произнес Юрао, и, взяв графин, начал его крутить на месте.

Ничего не случилось.

– Попробуем так, - я, отодвинув Юра, щедро налила воды на стол.

Мокрое пятно растеклось по темной поверхности, затем вода начала стекать на пол, устроив звонкую капель на несколько секунд.

Ничего не случилось.

– А если совместить?
– Наавир забрал у меня графин, поставил его на отпечатавшийся и теперь залитый водой круг, и осторожно повернул...

Что-то щелкнуло.

Дракон оставив графин, мгновенно опустился на пол, приложив ладони к каменной поверхности и закрыл глаза. Через мгновение мы услышали:

– Вход поднялся, мы правильно действуем. Юр, крутани на восток, осторожно.

Ночной страж повиновался. Щелчков больше не было, но Наавир довольно ухмыльнулся и скомандовал, теперь на два пальца к северу. Юрао подчинился, улыбка дракона стала почти хищной.

– И крутой разворот к западу, по часовой стрелке, - вновь скомандовал Счастливчик.

Вход оказался голубым искрящимся сиянием, разлившимся там, куда стекла вода. Наавир стремительно поднялся, торжествующе посмотрел на нас и первым шагнул в сияние. Исчез мгновенно. Юр взял меня за руку, и мы одновременно шагнули в свет.

Чтобы провалиться во тьму.

– Юр, свет, - кто-то сегодня раскомандовался.

Дроу зажег пульсар. Тот, мигая в такт биению сердца, унесся вперед по извилистому гроту, оставляя нас в темноте. Юрао сотворил огненный шар... тот, весело отскакивая от стен как мячик, тоже умчался от нас, вновь оставляя в непроглядной мгле.

– Что происходит?
– пробормотал дроу.

Наавир не ответил и покрылся золотым сиянием. Теперь свет у нас был и удалось разглядеть огромный грот естественного происхождения, в котором единственное, что говорило о присутствии темных, это узкая дорожка из расплавленного стекла.

– Не хило, - потрясенно выдохнул дракон.

– А вот и наше тайное логово, - Юрао с интересом оглядывался.
– Ну что, вперед.

И мы пошли вперед, по длинной дорожке. Шли минут десять прежде, чем впереди показался свет от пульсара и огненного шарика, которые зависли в большом круглом зале, со стенами из оплавленного камня. Жуткое зрелище - словно застывшие потеки лавы, и тоже красноватые, с багряным светом сквозь черную оболочку... Жутко.

– Нет, со вкусом у нынешней императрицы всегда было плохо, - задумчиво произнес Наавир.

– Зато с мозгами на «ура»!
– Юр отпустил мою ладонь и решительно вошел первый.

Бегло оглядев пространство, он вдруг напряженно протянул:

– Дэ-е-е-е-ей.

Подойдя, как и он, посмотрела на черный каменный стол. Черная рукописная книга, с рунной вязью на обложке. Руны древние, те что использовали морские ведьмы.

– Тут еще одно помещение, - крикнул нам Наавир и шагнул к монолитной стене.

Движение, и незаметная дверь внезапно отъехала вниз, открывая проход в светлое помещение. Мы не стали входить, мы так и смотрели от дверного проема на колбочки, баночки, сосуды в которых кишела мелкая жизнь. Очень мелкая. А Наавир вошел, огляделся, присмотрелся к одной из колбочек и вдруг выдохнул: