— Так вот по поводу вина. — Риан аккуратно поставил оба бокала на стол, ловко открыл бутылку, не прибегая к подручным средствам. — Понимаешь, мужчинам обычно дарят две вещи — вино или сбор трав для курения. Я не курю, соответственно, в подарок обычно получал вина.

Рассказывая все это, лорд-директор наполнил оба бокала тягучей черной жидкостью с отчетливым запахом каррисы — сладкой темной ягоды, растущей в лесах на юге империи. К нам на север каррису доставляли крайне редко, я вообще ее впервые попробовала, когда помогала Тоби готовить сироп для пирога.

— Очень приятный вкус, — поделился информацией магистр, протягивая мне бокал. — Его еще называют летним вином.

Взяв собственный бокал, Риан пригубил напиток, прикрыл глаза и произнес:

— Вокруг нашего замка заросли каррисы, и с ранней весны до поздней осени ее запах витает в воздухе, делая его сладким, чуть пьянящим… Запах моего дома.

Осторожно поднесла бокал к лицу и, прикрыв глаза, вдохнула аромат… Сделав маленький глоток, несколько мгновений пыталась сопоставить этот сладкий, с легкой кислинкой вкус и вкус того сиропа, что когда-то делал Тоби. Вино мне почему-то понравилось больше. Отпила снова… и снова… Голова закружилась почти сразу.

— Оно коварное, — запоздало предупредил лорд Тьер.

— Да-а-а? — А сама ощущаю, как странная слабость охватывает все тело.

— Ага, — подтвердил Риан и, прикрыв глаза, добавил: — Последний раз я его пил… мм… лет двенадцать назад.

Смотрю на камин, и такое ощущение, что дракон мне весело подмигивает… И понимаю, что следовало бы отложить бокал, но почему-то сделала еще один глоток.

— Не переживай. — Риан сел ближе, обнял за плечи. — Отпускает так же быстро, как и опьяняет.

— Н-надеюсь, — откинувшись, уместила голову на его плече и занялась нехитрым делом — разглядыванием огня в камине через бокал. — А п-почему ты его раньше не выпил? Двенадцать лет все же…

Почему-то чрезвычайно сложно стало выражать мысли.

— Я был занят, — тихо ответил магистр, нежно целуя в висок, — и, говоря откровенно, было не с кем. Изысканное вино стоит пить лишь в компании особенной женщины.

— Хм, — я повернула голову — просто хотелось его выражение лица увидеть, — чем же я особенная?

Очень загадочная улыбка, а затем едва слышное:

— Когда-нибудь я тебе расскажу.

— Когда-нибудь… — сонным эхом повторила я и допила вино.

Риан поставил свой бокал на стол, забрал мой и разместил рядом с первым, затем нежно обнял, прижимая к себе. Я была не против, скорее наоборот, мне очень нравились и его объятия, и возможность просто сидеть и смотреть на огонь в камине. А огонь… он завораживал и танцем, и едва слышным треском, а за окном началась метель, и в шум завывающего ветра вплетался шелест и скрип шатающихся деревьев…

— Дэя, — тихий голос магистра вырывает из странного полусонного состояния, — а почему тебя не нужно жалеть?

Ознобом по коже! Мне очень не хотелось об этом говорить, совсем не хотелось, я никому и никогда об этом не рассказывала… И ледяной стужей в уютный мирок ворвалось другое воспоминание, о горящей печи и воющей сутками напролет метели, о горе, которое принесла та зима…

— Не хочу рассказывать, — тихо ответила я. — Просто не хочу…

— Связано с закладной на дом? — В проницательности лорду Тьеру не откажешь, это факт.

И я промолчала.

Риан молчать не стал:

— Не могу сказать, что лезу не в свое дело, — неожиданно резким голосом начал он. — Это мое дело, Дэя, теперь мое. Я сделал все, чтобы решить проблему, пощадив при этом твою гордость, но… Не могу отделаться от одной мысли — как произошло, что твои родители практически продали тебя в рабство?

И я была вынуждена ответить, правда, вышло это сквозь зубы:

— У них не было выбора.

— Как такое возможно? — Лорд-директор явно мне не верил.

Я не хотела об этом говорить. Совсем не хотела. И единственное, что смогла из себя выдавить, это:

— Думаешь, они не жалели? Каждый день! Просыпаясь утром с этой страшной мыслью и ложась спать ночью с ней же. Я себя покойником в доме чувствовала. Мама, глядя на меня, каждый раз с трудом сдерживала слезы, а отец, он… Он годами спал по два-три часа в сутки, в надежде собрать деньги и откупиться… Он… не хочу говорить об этом.

Риан обнял чуть сильнее и промолчал. Мы сидели в этом тягостном молчании долго, а потом лорд Тьер предложил: