Шрифт:
— Его вместилище терпит, — непререкаемым тоном сообщил отец Лотий и вплотную приблизился к алтарю с ребенком. — Для нас сейчас важнее другое.
— Мальчик? — со знанием дела поинтересовался я, не делая попыток сдвинуться с места.
Отец Лотий всмотрелся в сморщенное детское личико и удовлетворенно кивнул:
— Будущий жнец. Сильнейший из всех. И бесконечно мне благодарный как за обретенную силу, так и за жизнь, которую я ему подарил. Эх, если бы дурак Ольерди не поторопил события… если бы твоя мать могла выносить тебя как положено… тогда все прошло бы намного проще и совсем безболезненно для тебя, малыш. Но ничего. Мы и так неплохо справились, да? Сейчас для завершения ритуала не хватает всего пары деталей, так что, Рэйш, прежде чем начать, я должен тебя спросить…
— О чем?
— Не желаешь ли к нам присоединиться? — поднял голову жрец и очень внимательно на меня посмотрел. — Хороших темных магов мало. Толковых и вовсе единицы…
— Где вы видите здесь магов? — удивился я, демонстративно покосившись на отца-настоятеля. И вот тогда отец Лотий усмехнулся.
— Одного мы скоро создадим, вторым станешь ты… а третий и так перед тобой.
Темный жрец повел плечами, и тесно облепившая его фигуру ряса неожиданно распахнулась, став похожей на громадные черные крылья. Раскрывшись на всю ширину, они заслонили собой почти половину гигантского зала, нависли тяжелой тучей над алтарем и пригнувшим голову настоятелем. Затем от них во все стороны брызнула Тьма — такая же живая, как моя, только намного более густая и сочная. Агрессивно оскалившись, она черным коршуном спикировала вниз, словно вознамерилась меня опрокинуть, и яростно зашипела, когда попыталась меня коснуться, но получила в ответ вспышку темного огня.
— Так зачем вам понадобились маги? — демонстративно стряхнув с себя пепел, осведомился я. Отец Лотий широко улыбнулся, и Тьма с недовольным ворчанием отступила, втянувшись обратно в его тело.
— Я расскажу. Но сперва дождемся последних участников — без них ритуал получится неполным, а мне бы не хотелось потом его повторять.
Я вопросительно приподнял брови, когда по стенам каверны прокатилась еще одна волна дрожи. И настороженно обернулся, заметив, что один из ходов снова распахнулся. Мысленно сплюнул, обнаружив, что сквозь него с неимоверной скоростью проскользнули две стремительные тени. На всякий случай сделал несколько шагов в сторону, оказавшись неподалеку от черного алтаря. После чего проход опять сомкнулся, над Алом молча выросли две четырехрукие, безглазые и вооруженные одинаковыми костяными секирами твари. А рядом с отчаянно замычавшим Корном на «наковальню» легло еще одно тело. Такое же беспомощное, неистово бьющееся в коконе из какой-то гадости вроде паутины… правда, тело оказалось не женским, как я ожидал, а детским. Но Фол меня забери… ученик… какого демона ты делал за пределами ГУССа? И как вообще позволил нежити к себе прикоснуться? Я разве этому тебя учил?!
— М-мастер Рэйш?! — беззвучно шевельнулись губы Роберта Искадо, когда он заметил мой взгляд и растерянно вздрогнул.
Я задержал на мгновение взгляд на лбу мальчишки, где уже красовался такой же символ, как у Корна, и с невозмутимым видом отвернулся.
«Лежи смирно. И задержи дыхание, когда я скажу».
«Я… я вас слышу!» — беззвучно охнул мой упрямый, излишне самоуверенный, но все же местами толковый ученик. Однако послушался: замер. И даже не лягнул принесшего его Палача, когда тот довольно бережно уложил его на алтарь.
— Вот теперь действительно все, — хмыкнул отец Лотий, когда оба Палача выпрямились, занесли над беспомощными жертвами секиры, лезвия которых нацелили точно в грудь, и снова застыли в ожидании приказа. — Сейчас мы отпустим на волю последние две души, и после этого поговорим. Ты согласен, Рэйш?
Я спокойно встретил испытующий взгляд своего врага и так же спокойно кивнул. А как только он потянулся ладонью к лежащему на алтаре амулету, молча призвал секиру и прыгнул.
Да, я согласен поговорить. Но на том языке, который знаком мне лучше всего. И лишь после того, как один из нас умрет.
«Бой!»
ГЛАВА 22
В следующие пару мгновений практически одновременно произошло сразу несколько важных событий.
Оттолкнувшись от пола, я перелетел через алтарь и смачно зарядил локтем в челюсть отцу-настоятелю…
Отец Лотий чудом ушел от удара моей секиры и, прошипев что-то неразборчивое, хлопнул ладонью по ближайшему амулету, заставив его вспыхнуть…
От потолка отделилась полупрозрачная тень и стремглав метнулась в сторону второго алтаря…
Замершие возле него Палачи одновременно очнулись от спячки и неуловимо быстрым движением бросили секиры вниз…
Отец Гон с глухим стоном отлетел к стене и с хрустом впечатался в нее всем телом…
На черном алтаре следом за первым один за другим начали разгораться амулеты, до отказа заполненные ворованной силой…
Ал наконец-то очнулся от спячки, его поверхность размякла, с приглушенным бульканьем утянув в серебристую жижу Корна и Роберта. Буквально за миг до того, как их тела пронзили костяные секиры…
Я с руганью приземлился и, перекатившись по полу, снова вскочил, направив секиры на торопливо режущего собственное запястье отца Лотия…
Скользнувшая по потолку тень бесшумно упала за спинами качнувшихся от неожиданности Палачей…
Еще один удар. Маг отшатнулся. Но в стороны все же брызнула кровавая россыпь, оросив алтарь и сморщенное личико сына леди Ирэн Ольерди…
Четыре костяных лезвия в силой вошли в серебристую жижу, уйдя туда до самого основания. В этот же момент откуда-то снизу из-под алтаря выкатился невредимый, уже без пут, с ног до головы окутанный Тьмой и остатками жижи мальчишка с огромными неверящими глазами…