— Они должны заниматься, — сказали мне в ЦК, — организацией массового производства реактивного вооружения — боевых установок и реактивных снарядов, а также кадрами для этого производства и формируемых гвардейских минометных частей, а вы — боевым применением их.

Меня предупредили также, чтобы я и другие руководящие работники ГМЧ начали изучение новой техники, а также способов ее применения в бою. В заключение мне сообщили, что на фронтах Великой Отечественной войны успешно бьют врага несколько батарей, вооруженных новым оружием, что с фронтов, в том числе и от ленинградцев, поступили восторженные отзывы о действии реактивной артиллерии.

Было известно, что первая на Ленинградском фронте реактивная батарея, затем развернутые на ее базе отдельный дивизион, а в дальнейшем минометный полк с успехом выполняли возложенные на них боевые задачи, оказали большую помощь пехоте в отражении многочисленных атак вражеских войск.

В Центральном Комитете партии неоднократно подчеркивали, что гвардейцы должны быть особенно стойкими в обороне и отважными в любом наступательном бою, что, как бы ни была тяжела сложившаяся обстановка, секретная реактивная техника ни в коем случае не должна попасть в руки врага.

Военный совет гвардейских минометных частей Красной Армии, оказывая необходимую помощь Ленинградскому и Волховскому фронтам, был очень рад, что ленинградцы в своем осажденном городе организовали производство боевых установок и реактивных снарядов, а также сформировали и вооружили реактивным оружием несколько гвардейских минометных полков, что было очень важно.

Войска Ленинградского фронта уже в 1942 году наряду с крупной группировкой артиллерии Ленинградского фронта и Краснознаменного Балтийского флота поддерживали 5-я гвардейская тяжелая минометная бригада первоначально в составе 12 дивизионов, а также 38-й, а затем 320-й и 321-й гвардейские минометные полки.

Гвардейские минометные части в первые годы войны, как правило, в начальной стадии артиллерийской подготовки производили мощный огневой удар по узлам сопротивления противника, а когда атакующая пехота поднималась в атаку, их огневой удар повторялся. По такой же тактике планировалось применение гвардейских минометных частей при организации прорыва блокады Ленинграда.

Большое внимание обращалось также на готовность гвардейских минометных полков к отражению контратак пехоты и танков врага.

В середине января 1943 года я прибыл со Сталинградского фронта в Ставку Верховного Главнокомандования, где получил приказ вылететь на Волховский и Ленинградский фронты для передачи опыта боевого применения реактивного оружия в ходе Сталинградской битвы и оказания возможной помощи гвардейским минометным частям этих фронтов в обеспечении прорыва обороны противника.

Задача была ответственная и почетная. Рано утром я вылетел из Москвы на скоростном (по тем временам) бомбардировщике СБ. Однако при подходе к Волховскому фронту наш самолет был атакован истребителями противника, поврежден и при вынужденной посадке в район фронтового аэродрома «Хвойное» скапотировал и перевернулся. Весь экипаж и я получили ранения и оказались во фронтовом госпитале в городе Тихвине, откуда меня через несколько дней на самолете командующего авиацией дальнего действия генерала А. Е. Голованова (впоследствии маршала авиации) переправили в московский госпиталь. Поэтому мне, к сожалению, не удалось принять непосредственного участия в одной из важнейших операций наших войск — прорыве блокады Ленинграда.

Но надо сказать, что все запланированное Ставкой для гвардейских минометных частей Ленинградского и Волховского фронтов было ими выполнено, успех на первом этапе наступления нашей пехоты в значительной степени обеспечен огнем артиллерии фронта и Балтийского флота, а также 5-й гвардейской минометной бригады и трех гвардейских минометных полков, действовавших в трудных условиях зимы и лесисто-болотистой местности.

Наступление ударной группировки войск Волховского фронта навстречу ленинградцам началось 12 января 1943 года. 2-я ударная армия имела задачу прорвать сильно развитую оборону противника на участке поселков Липка — Гайтолово, уничтожить шлиссельбургскую группировку врага и, развивая наступление, соединиться с войсками Ленинградского фронта. Чтобы помочь 2-й ударной армии и прикрыть ее левый фланг, частью сил прорывала фашистскую оборону 8-я армия Волховского фронта.

Действия войск 2-й ударной армии поддерживали наряду с сильной группировкой артиллерии 10-я и 12-я гвардейские тяжелые минометные бригады, 509-й и 512-й отдельные гвардейские минометные дивизионы, вооруженные станками БАЛ-30 для стрельбы реактивными снарядами калибра 300 мм, а также 20, 29 и 318-й гвардейские минометные полки БМ-13. Части и соединения 8-й армии поддерживал 30-й гвардейский минометный ПОЛК.

Огневые задачи гвардейским минометным полкам ставились командирами дивизий, которые они поддерживали, а гвардейским тяжелым бригадам и отдельным дивизионам задачи на разрушение и уничтожение наиболее мощных узлов и опорных пунктов полевой обороны врага, особенно мешавших наступлению наших войск, ставили командующий артиллерией 2-й ударной армии и начальник Оперативной группы гвардейских минометных частей Волховского фронта генерал-майор П. Н. Кулешов, ныне маршал артиллерии.

Совместными усилиями войска ударных группировок Ленинградского и Волховского фронтов при поддержке артиллерии и гвардейских минометных частей и соединений, ломая упорное сопротивление врага, прорвали его сильно развитую и длительное время сооружаемую оборону, 16 января соединились и с поворотом на юг образовали общий фронт, продолжая наступательные действия.

Между Ладожским озером и линией фронта образовался «коридор» шириной 8—11 км, который сразу же был использован нами для обеспечения Ленинграда всем необходимым.