Она вновь испуганно посмотрела на приближающийся поток лавы – теперь он уже был в одном футе от края главного туннеля, а еще через несколько секунд лава туда вольется. Они с Язидом не успеют проплыть вниз по главному туннелю и выбраться, как, она надеялась, это сделали Лука и Франко. Им придется плыть наверх, во дворец и пытаться сбежать через окно – если их раньше не поймают. Даже если это им удастся, Черные Плавники лишатся единственной возможности попасть в дворцовую сокровищницу.

Серафиной овладело отчаяние. Без золота ей никогда не вернуть Лазурию. Лючия и дальше будет сидеть на троне Миромары. Всадники смерти продолжат совершать налеты на деревни и порабощать их обитателей.

Валерио и Порции сойдут с рук все кровавые преступления, а таинственный незнакомец, для которого они пытаются достать талисманы, благополучно выпустит на свободу Аббадона.

«Этого не должно случиться! – яростно подумала Серафина. – Я этого не допущу».

Издав боевой клич, она изо всех сил налегла на колесо. Мускулы ее рук задрожали, на шее набухли вены. Они с Язидом с двух сторон тянули за колесо, молотя по воде сильными хвостами, придавая себе ускорение, так что вода побелела. И в конце концов колесо с недовольным скрипом повернулось.

– Налегай, Серафина! – закричал Язид.

Русалка так и сделала, и через пару секунд клапан закрылся. Поток лавы остановился. Язид посмотрел вниз, в старый туннель, и покачал головой, плечи у него поникли.

– Все кончено, – убито сказал он.

– Кончено? – повторила Серафина, не веря своим ушам. – Ничего не кончено!

Она сорвала с лица куртку и повязала ее на талии.

– Ничего не вышло, Серафина, – проговорил Язид. – Я не знаю, прожгла лава отверстие в стене или нет. Даже если и прожгла, в туннеле ее слишком много, нам не проплыть через лаву. Мы проиграли.

Серафину охватило чувство горького разочарования.

– Поплыли, – сказал Язид. – Вернемся к остальным и…

Договорить он не успел: раздался оглушительный рев. Молодой русал схватил Серафину за плечи и прижал к стене главного туннеля, закрыв своим телом. Из старого туннеля выстрелил поток горячей воды, неся с собой камни и густое облако ила.

Серафина приготовилась к обжигающей боли, ожидая вдохнуть удушающий газ. Приготовилась к смерти.

Однако ничего подобного не произошло.

Горячая вода по спирали ушла вверх, а камни пошли ко дну. Больше не было ни пузырей, ни лавы. Язид с Серафиной открыли глаза, помахали руками, разгоняя ил, и увидели, что старого туннеля больше нет. Вместо него в скале зияла дыра, из которой струился золотистый свет.

– С тобой все в порядке? – спросил Язид.

– Ага, вроде да. А с тобой?

Язид не ответил – он уже был у пробоины и смотрел вниз. Серафина подплыла к русалу, и у нее перехватило дыхание.

Повсюду сверкало золото, сияли рубины, изумруды и сапфиры.

Шары с лавой на стенах хранилища освещали горы миромарских сокровищ.

– Проклятье, подруга, – хрипло пробормотал Язид. – Мы не просто прожгли отверстие в стене, мы ее обрушили.

Серафина кивнула, глаза ее сияли, как лежащие перед ней драгоценные камни. Старая труба, туннель, по которому она проходила, большая часть дальней стены сокровищницы и изрядная доля ее потолка исчезли. Некоторые сокровища утонули в булькающей лаве. Придется соблюдать осторожность, чтобы не коснуться обжигающей субстанции.

Серафину словно ударило током: она сообразила, что в этом расширившемся пространстве их бойцы могут перемещаться куда быстрее, чем в узком туннеле, а еще могут унести намного больше добра.

Язид угадал ее мысли.

– Мы сможем утащить в два раза больше, чем планировали, – воодушевился он.

– Если нас не поймают, – добавила Серафина, нервно оглядываясь. – Будет чудом, если они ничего не услышали.

– Все нормально. Там, наверху, у Махди играют барабанщики и то и дело взрываются фейерверки, так что шум перекроет этот небольшой обвальчик, – заверил русалочку Язид.

Серафина улыбнулась и потянулась к заткнутому за пояс мешку из парусины.

– Вперед, Язид! – скомандовала она, ныряя в сокровищницу. – Пора ограбить грабителей!

Бьянка ди Ремора, щеголявшая в платье из ярко-розового шелка, вилась вокруг Лючии Волнеро, точно рыба-бабочка.

Наряд Бьянки хорош, но не слишком. Прежде она носила желтое платье, отлично подчеркивавшее ее пышную, соблазнительную фигуру. Лючия считала его довольно красивым и именно поэтому сразу же заставила фрейлину его сменить. Разумеется, ее придворным положено сиять, но лишь чуть-чуть. В конце концов, они всего лишь оправа, а настоящая драгоценность – это она, Лючия.