Здесь же перед входом лежит практически доеденная туша и парочка убитых рвачей, и все это источает умопомрачительный запах крови. Какие люди? Какая охота, когда вот оно, все под носом и уже готовое к употреблению. С другой стороны, конечно, может получиться нехорошо, если рвачи вдруг посчитают, что они позарились на их добычу. Тогда точно драки не избежать.

— Сержант, а ведь, сдается мне, эти из модификантов, — высказал свое предположение Дмитрий.

— Я тоже об этом подумал. А еще гомики.

— Ну, то, что они оба самцы, пока ни о чем не говорит, мы же пока еще не видели спаривающихся мутантов. Так что просто кореша, предпочитающие пацанские игрушки. Мы вон сколько уже с тобой вместе, а ты мне даже цветочков ни разу не подарил, — решил вступиться за них Дмитрий.

— Ну, как вариант, — смерив его взглядом, согласился сержант.

Девчушка при этом переводила взгляд с одного на другого, делая над собой усилия, чтобы не вставить свои пять копеек. И промолчала только потому, что встретилась с холодным взглядом Лациса. В том, что он может оставить ее одну посреди разлагающегося мегаполиса, сомнений не было даже у Дмитрия. Ну вот не похож этот латыш на солдата армии спасения, хоть тресни.

— Что будем делать, сержант? Валить?

— Я что, нанимался зачищать Москву? — вздернув бровь, искренне возмутился латыш. — Сейчас подброшу им под нос хлопушку, а пока они будут бегать за угол поглядеть, не идет ли там дождик, мы забежим за мойку.

Задумка Лациса сработала на все сто. Светошумовая грана рванула буквально в метре от их морд. Оно конечно, светлый день, да еще и солнечный. Но зайчиков можно нахвататься и днем. А уж по ушам бьет на таком расстоянии и вовсе исправно. Так что отпугнули рвачей. И пока они отбегали за угол, дабы прийти в себя, люди поспешили ретироваться. При этом один из коптеров исправно висел над тварями, на случай если они вдруг решат отклониться от запланированной программы.

Если не считать неудобств, связанных с наскоро навьюченными трофеями, и грязи, атаковавшей их обувь, едва они свернули с асфальта, в остальном они добрались до самолета без приключений. И он оказался на месте, все так же привязанный веревочкой к дереву.

Едва оказались внутри, Лацис поспешил взлететь. Дезинфекцию можно и в полете провести. Нечего дразнить судьбу и мутантов. Правда, после обработки газом они и не подумали расставаться с масками. Помещение обезопасили, теперь можно и экспресс-анализ на заразу провести. Девушка восприняла это с пониманием и страхом. А кому не страшно? Вон они после каждого выхода проверяются и каждый раз боятся.

— Все. Можешь снимать маску, — сдергивая с себя респиратор, произнес Дмитрий.

— Спасибо вам, — наконец с чувством произнесла она.

— Пользуйся, — ответил сержант.

— Что думаешь делать дальше? — поинтересовался Дмитрий.

— Не знаю. Податься мне сейчас, по сути, некуда.

— И как насчет покинуть столицу?

— Смеешься? Да тут сейчас, наверное, самая большая задница на территории России.

— Ну тогда летим с нами. По меньшей мере, люди там живут, и налажен какой-никакой быт, — предложил Дмитрий.

— Боюсь, у меня нет выбора.

— Похоже на то, — пожав плечами, согласился Нефедов. — Кстати о выборе. Сержант, а ведь у тебя-то он, похоже, есть. Я это к тому, что мы можем сесть на каком-нибудь аэродроме, где я разживусь самолетиком, — и, как говорится, каждый пошел своей дорогой. Чего тебе лететь на Кавказ, потом возвращаться обратно?

— Насколько я помню, нам еще ни разу не получилось поменять транспорт без приключений. Каждый раз перед этим приходилось подраться. Я предпочитаю сесть на одинокой АЗС, заправиться там и без приключений доставить тебя домой. А если ты намекаешь на то, что хотел бы обзавестись собственным самолетом, то ты, кажется, говорил, что у вас в городе есть аэродром и пара-тройка десятков частных самолетов.

— Есть такое.

— Значит, подберешь себе что-нибудь по душе.

— Но…

— Русский, тема закрыта.

ВЕЩИЙ СОН

Возвращение домой после долгого отсутствия. Волнующее чувство. Ожидание чего-то теплого и родного. Он даже не о семье, а вообще. Надо же, всего-то неполных три месяца отсутствовал, а волнуется, словно в детстве перед Новым годом или днем рождения в ожидании подарка.

А вот картина с высоты птичьего полета подкачала. На часах восемь утра, вчерашний день они провели на одинокой бензоколонке посреди трассы, в двадцати километрах от ближайшего населенного пункта. Не те времена, чтобы посреди ночи сваливаться как снег на голову: могут и свинцом попотчевать. А к чему такие риски? Поэтому светлое время суток они использовали для отдыха, а ночное для перелета.

Им нужно было на южную окраину станицы, они заходили с севера, поэтому вполне могли насладиться картиной апокалипсиса. Разумеется, это далеко не первый город, встречающийся им на пути. Ну или проплывающий под крылом их самолета. Но это был его город. Здесь он родился, вырос, завел семью, здесь собирался состариться и умереть в окружении детей и внуков. Да-да, все именно так. Плевать, что творится вокруг. Жизнь продолжается, несмотря ни на что.

Северный район города выгорел практически полностью. Похоже, пожар занялся в сухую погоду и, не встречая препятствий, распространился на огромную территорию. О пожарных и говорить нечего. С многоэтажками дела обстояли лучше: в Первом микрорайоне из пятидесяти одного дома сгоревших только семь.