Взъерошенный тип с полубезумным взглядом отчаянно вопил, приставив тыльную сторону ладони ко лбу, вглядываясь куда-то вдаль. При этом мало напоминал нормального в принципе, но, надо отдать ему должное, и на рыбака не был похож. Слишком тонкий в кости, слишком бледный (правда, успел подрумяниться на солнышке), слишком изящные пальцы, которые выдавали в своем хозяине аристократа. 

Когда мы приблизились с перекошенными физиономиями, да еще затыкая пальцами уши, человек орать перестал и посмотрел на нас вполне осмысленно.

– Чего вам?
– спросил он и вовсе нормально. Только как-то невежливо.

– Чего нам?
– возмутилась я.
– Мы, к твоему сведению, почти кораблекрушение пережили. И хотя бы поэтому нам полагается немного тишины. Недолго, за нами скоро придет корабль. А потом можешь продолжать пугать местную фауну, если невтерпеж.

– Пугать фауну?!
– человек выглядел оскорбленным.

Мы с Исамом переглянулись.

Ну не поет же он!

Оказалось - поет.

– Чтобы вы понимали, я чуть не погиб во вчерашнем шторме, - строго объяснил человек.

– Чтобы ты понимал, не ты один, - не удержалась я.

– Вам тоже помогли спастись русалки?
– с придыханием поинтересовался человек, поднимая брови. При этом переводил взгляд с меня на Исама. Причем на Исама какой-то встревоженный. Правда, потом смотрел на меня и что-то его успокаивало.

– Нет, - ответил ему Исам.
– Мы сами выплыли.

Человек просиял.

– Вот!
– сказал он, назидательно поднимая палец.
– А меня спасла она… О н а…

Глаза у него затуманились, голос дрогнул.

– Русалка?
– уточнил Исам.

Человек гордо кивнул.

– Я так влюбился, что не уйду отсюда без моей возлюбленной, - признался человек.
– И вот, зову ее песней! Услышав силу моего намерения, увидев, что я не останавливаюсь и не отступаю, она поймет истинную глубину моей любви…

– Скорее истинную глубину твоей… настойчивости, - исправилась я в последний момент, давясь от смеха.

И попыталась строго посмотреть на Исама, который с трудом сдерживал рвущийся наружу хохот. Не удалось.

Наше веселье оскорбило певца. Надо думать, натура-то тонкая. Творческая. Такая и приложить чем-то может, кто знает.

– Вместо того, чтобы прохлаждаться здесь без дела, вон, шли бы на русалочью сторону острова и посватали меня за прекрасную незнакомку!
– патетично возвестил человек.

Мы с драконом переглянулись. Надо заметить, с недоумением. С крайним.

– А сам почему не посватаешься?
– задал, казалось бы, логичный вопрос Исам.

 - И нам с какого пере… пере… приказываешь?
– вежливо уточнила я.

– Да как вы смеете!
– возмутился человек, но тут же решил, что правильнее будет остыть и пояснил: - Да мне как-то не с руки. Так что вы здесь вообще вовремя. Идите и сообщите русалкам о серьезности моих намерений. Как мои верноподданные, вы обязаны это сделать. И не имеете права отказаться, - торопливо добавил, заметив, что мы, переглядываясь, снова начинаем давиться от смеха.

– Верноподданные?
– уточнил Исам. 

На лице человека отразилась досада.

– Когда я займу место отца, все равно ими станете.

– А ты кто?
– осторожно уточнила я, присматриваясь к человеку. На дракона он никак не походил, на человека драконьего рода тоже. Стопроцентно не оборотень, их я уже и без магии отличу. Человек-человеком.

– Что бы вы знали, я - наследный принц Коралловых островов!
– патетично воскликнул человек, поднимая палец.
– Да, да, можно не падать ниц. Тот самый принц Джори.

– Да мы и не собирались, - поспешила заверить его.
– И с чего ты взял, принц Джори, что мы твои верноподданные?

Человек пожал плечами.

– Ну, - протянул он, правда без прежней уверенности.
– А кто сюда еще поплывет…

– Логично, - сказал Исам, а я вспомнила, что встретившаяся нам девушка Мира - дочь рыбака с Коралловых островов.

– И что будем делать?
– спросила я Исама.

Человек смотрел на нас уже без надменности. Даже можно сказать, умоляюще. Поди, умаялся-то петь, болезный.

– Нам надо ждать корабль, - сказал Исам.

– Нам надо помочь несчастному влюбленному, - не согласилась я с драконом.
– Если он, конечно, пообещает не петь, пока мы ходим к русалкам с матримониальной миссией. Опять же, корабль может за нами и не вернуться.