– Ты холодна, маленький дракон. Когда ты стала такой холодной?

И сердце заныло, а глаза налились влагой. Вспомнилась своя первая ночь в этом мире… Озеро фей… Кувшинки на зеркальной поверхности… Сияние ночных цветов и деревьев. И крошки-феи скользят над водой… Воспоминания оказались такими яркими, что я ощутила ночную свежесть, благоухание цветов и трав, прикосновение ветерка к щеке… И Исам. Который целует так, что мир может лететь в Тартарары, а пространство разбивается на мириады осколков, наполняя мир звоном… И я отвечаю на поцелуи, словно стремлюсь ему навстречу откуда-то издалека, прижимаюсь ближе… еще ближе.

– Меня обманывали, - вырвалось у меня.
– Предавали. Я не могу больше верить… Я никому здесь не могу верить!

По щекам потянулись дорожки слез. Скирон тут же принялся дуть на меня. А я только смотрела на сердце огня и всхлипывала.

– Просто признайся, что ты любишь его. Очень любишь. Поэтому так больно думать, что он обманул тебя.

– Нет!!
– вырвалось у меня.
– Не люблю!

Я мотала головой и повторяла:

– Не люблю! Не люблю! Не люблю!

А потом «не» куда-то делось…

– Но он обманул меня, - всхлипнула я.
– Обманом заманил на свою гору… а мне надо было в Альма-матер.

– Прежде, чем обучаться магии, тебе нужно было получить посвящение от стихии, - строго просияло сердце огня.
– Твое первое посвящение должно было проходить здесь. И сюда сопроводил тебя Ичиро Исами. Когда понял, что Мичио Кинриу не собирается допускать тебя до посвящения, он привел тебя на гору, которую держит сердце ветра.

– Но он запер меня, - вырвалось у меня.
– Он не собирался допускать меня к посвящению!

Но голос мой звучал как-то неуверенно.

– Маленький дракон, - устало просияли мне в ответ.
– Если бы Ичиро Исами хотел спрятать тебя от остального мира, неужели ты думаешь, не нашел бы места, откуда тебе никак не добраться до сердца стихии?

Я оторопело молчала.

– Но он… он сам говорил, что не собирался меня туда пускать…

Сердце огня засияло совсем как-то устало.

– Влюбленные - такие дураки, - ответило оно мне после паузы.

– Я поняла!
– воскликнула я, поднимаясь.
– Я должна поговорить с ним!

Сделав пару шагов к выходу, я замерла, как громом пораженная. Щеки залились краской стыда.

– Ой, прости пожалуйста, - промямлила я, оборачиваясь к сердцу огня.
– Я совсем забыла о посвящении…

Пещера засветилась от смеха.

– Ты забавная, маленький дракон, - повторили мне не раз слышанную мной фразу.
– Поздравляю с посвящением.

Не успела я ответить, как сердце огня добавило:

– Подожди еще немного, у меня есть для тебя подарок.

Я во все глаза уставилась на огненный столп, а Скирон, изнывая от любопытства, подлетел к нему так близко, что превратился в облачко пара.

Вдруг над краем пропасти что-то засияло. Через несколько мгновений пылающая дорожка юркнула ко мне и, поднявшись по одежде на руки, оказалась огненной ящеркой.

– Ух ты! Саламандра! Самая настоящая!
– вырвалось у меня. Несколько секунд я любовалась ящеркой, перебегающей с руки на руку, а потом торопливо проговорила: - Спасибо огромное, сердце огня! Слов нет… Это правда… мне?

– Саламандра теперь твой дух-хранитель, - просияли мне в ответ.
– Ты ей понравилась. Иди с миром, маленький дракон.

Сложив ладони у груди, я поклонилась.

В отличие от Скирона, который норовил превратиться в браслет, причем на левой руке, огневушка скользнула под штанину и завозилась, устраиваясь кольцом вокруг правой щиколотки.

Когда вышла из пещеры, дневной свет ударил по глазам. С непривычки я заморгала и приложила ребро ладони ко лбу..

– Ну что?
– нетерпеливо спросил Рио.
– Получилось? Или нет?

На лице дракона было любопытство напополам с разочарованием.

Мастер Шуджи поднял бровь, но оказался сдержанней кузена Исама.

Выдержав театральную паузу, я мысленно позвала Саламандру, и, дождавшись, когда ящерка выбралась из-под штанины и забралась ко мне на руки, вдосталь насладилась произведенным эффектом.

Пробормотав что-то вроде «не у каждого сильного мага может прижиться» Рио протянул руку, явно с намерением погладить ящерку, но в последний момент, ойкнув, отдернул пальцы.

А я вертела головой, озираясь на кусты, на деревья, на вход в гору позади меня.

– А где Исам?
– наконец, не выдержала я.