— Мне деваться некуда, я бездомный, — печально вздохнул Турсунбек.

— На меня не смотрите, — покачал головой Святослав. — Я невыездной. Если и покину черту города, то окажусь в каком-нибудь фильтрационном лагере.

— Следовательно, — вновь взял слово китаец, — нам остаётся одно — выживать. Опыт предков подсказывает, что выжить группе людей намного проще, чем одиночке. Все согласны?

— Ага, — сложил руки на груди Сина.

— Эх… Да, — кивнул Турсунбек.

— Допустим, — сказал Звягинцев.

— В таком случае, товарищи, я предлагаю нам объединиться в группу и приложить общие усилия для того, чтобы выжить, — продолжил Джек Чен. — Предлагаю для начала поделиться своими сильными сторонами. Для примера начну первым. Я специалист по информационной безопасности. Могу при помощи компьютера и специализированного оборудования раздобыть почти любую информацию.

— Хакер, это хорошо, — губы темнокожего американца расплылись в улыбке.

— Я не хакер! — возмутился Чен. — Вот что за люди? Почему вечно путают хакеров и специалистов по защите информации? Первые — преступники, а я честно зарабатываю деньги!

— Один хер, — легкомысленно махнул рукой Сина. — Джек, не обижайся. Моя очередь, да?

Естественно, правду о работе на ЦРУ Сина говорить не собирался. Предложение объединить усилия пришлось ему как нельзя кстати, тем более, если в команде будет хакер и… Он не мог точно определить специальность Святослава, но подозревал, что тот лишь прикидывается сантехником.

— Я инженер по разработке материалов, основанных на нанотехнологиях, — продолжил американец. — Имею научную степень в области конструкционных материалов в области ракетостроения.

— Странно, почему тогда тебя из города до сих пор не эвакуировали? — Чен бросил на чернокожего подозрительный взгляд.

— А хрен его знает? — спокойно пожал плечами Сина. — Меня просто с завода в отпуск отправили, а потом тишина. Наверное, никому не нужен такой специалист.

— Ладно, — протянул Чен. — А ты? — посмотрел он на узбека.

— Я физик-ядерщик с опытом в области оптитроники и когерентного излучения, — произнёс Турсунбек.

На десяток секунд в комнате отдыха повисла гробовая тишина. Китаец и американец выпучили на узбека глаза, они замерли с округлёнными ртами и напоминали восковые фигуры. Звягинцев тянул широкую улыбку, его потряхивало от беззвучного смеха. Святослав уже успел пережить шок при знакомстве с узбеком.

— Бездомный физик-ядерщик?! — громко воскликнул китаец. — Что ты делаешь в Волгограде?

— Живу в овраге, — Турсунбек стеснительно опустил глаза и стал рассматривать узоры, образуемые голубой кафельной плиткой на фоне белой.

От непомерного удивления Джон Сина подавился воздухом. У парня глаза полезли из орбит.

— Ват зе фа… — от изумления он перешёл на родную речь, но быстро поправился. — Как?! Какого х… Да не может быть! Физик-ядерщик, живущий в овраге… Это что, анекдот?

— Нет, я действительно четыре года живу в овраге, — тихо сказал Турсунбек.

— И что ты там делал?! — спросил Сина. — Ядерную бомбу?

— Кроликов разводил, — ответил Турсунбек.

Джек Чен громко захохотал. Он смеялся так задорно, что смех подхватили остальные парни, в том числе сам Турсунбек, переставший стесняться. Где-то с минуту все четверо ржали, как ненормальные.

— Физик-ядерщик живёт в овраге и разводит кроликов, — простонал Джон Сина. — Кому рассказать — не поверят. Славка, а ты чем занимаешься?

— Я сантехник, — Звягинцев смущённо улыбнулся.

— Просто сантехник? — с недоверием переспросил афроамериканец.

— Нет, не просто…

Сина приготовился слушать откровения, но каково было его разочарование, когда Звягинцев с гордостью продолжил:

— Я слесарь-сантехник пятого разряда!

От разочарования Джон резко выдохнул, он надеялся на секреты, как минимум хотел услышать признание в том, что его знакомый (объект разработки) работает на КГБ.

— Интересная у нас компания, — заметил китаец. — Слава, а помимо работы сантехником у тебя есть иные таланты? — с намёком вопросил он. — Может, стоит товарищам поведать о…

— О чём? — Святослав оставался спокойным. Он отправил в рот полоску мяса синца и запил его пивом. — О моих сверхспособностях?

Такой ответ удивил и китайца, который знал лишь о работе Звягинцева на КГБ, и американца, а Турсунбеку уже было известно о дублях, поэтом спокойно продолжил разделывать свою рыбку.