Вещи от игроков и зелья отправлялись в различные НИИ по всему СССР. Партийное руководство требовало результатов, выделило большой бюджет для финансирования научной сферы. Все изыскания с предметами пришельцев взяла под контроль КГБ.

Мгновенных результатов никто не ожидал, но и топтания на месте аналогично не предвиделось. Тем не менее в некоторых научно-исследовательских институтах результатов совсем не было, сплошные отписки. Естественно, началась проверка и полетело множество голов. Обнаружился небывалый размах кумовства и воровства, многие ученые оказались липовыми. Причем встречались вопиющие случаи, особенно в Советских республиках, например, выгонялись учёные и на их место принимались родственники руководства НИИ, которые присваивали себе научные труды изгнанных профессионалов. В подобных ситуациях не обошлось без продажных сотрудников КГБ и милиции.

Чистка среди научных кругов породила чистку в органах внутренних дел. Уволенных учёных стали разыскивать по всему Союзу и привлекать к исследованиям инопланетных технологий, лекарств и артефактов.

Лейтенант КГБ Роман Ласка получил срочное задание — поехать и забрать разыскиваемого ученого-физика, которого на улице остановили постовые милиционеры.

Следы этого учёного затерялись два года назад в Рязани, а четыре года назад он посещал паспортный стол в Волгограде. Недавно появилась информация, что Турсунбек Машариф пару недель назад получил паспорт в Волгограде. Машарифа объявили в розыск по городу.

Приехав к милицейскому посту, Ласка с изумлением обнаружил неподалеку Звягинцева — своего бывшего напарника.

«Наш пострел везде поспел. Вечно он оказывается в эпицентре событий», — подумал Роман.

Лейтенант Ласка не знал, чем закончилось разбирательство с его напарником. По управлению КГБ ходили разные слухи: то ли Звягинцева перевели в другой отдел, то ли его расстреляли, то ли уволили.

Сотрудники КГБ такие же люди с теми же слабостями, они тоже любят посплетничать. В сплетнях, в которые приличный вклад внесли Ласка и майор, заменивший Романа и Святослава на круге возрождения, Звягинцев превратился в мифического оперативника. Этакий неуловимый терминатор, который появляется то тут, то там. Никто не знает, в каком отделе и кем он работает.

И вот он стоит, живой и здоровый, косит под рокера. Раздался в плечах, похудел, весь его вид так и пышет здоровьем. Святослав совсем не похож на безработного с волчьим билетом. Явно хорошо питается и занимается спортом, что в нынешнее время в Волгограде может себе позволить редкий человек. На приговоренного к смертной казни Слава тоже не похож.

Роман пришёл к мнению, что Звягинцева перевели на другую работу, не судили и не увольняли. Вероятнее всего, его бывший напарник кто-то вроде агента внедрения. Роман ещё больше уверился в том, что слухи, запущенные с его лёгкой руки (в чём даже мысленно он себе не признается), правдивые. Похоже на то, что именно Святослав обнаружил товарища Машарифа, а чтобы себя не раскрыть, он сдал его конторе через милиционеров, причем сделал это так, что если бы Рома лично не знал Славу, ни за что бы не догадался об этом. Что сказать — профессионал!

«Значит, нужно сделать так, чтобы Звягинцева дальше не раскрыли», — подумал лейтенант Ласка.

Покинув салон служебной Волги, Роман с каменным лицом прошёл мимо Святослава, который, отменно отыгрывая недоумение (на самом деле реакция была настоящей), изумлённо большими глазами провожал бывшего напарника.

Роман обнаружил ученого за решеткой. Он достал из кармана удостоверение и продемонстрировал его милиционерам.

— Я забираю гражданина Машарифа, — сказал Ласка, пряча удостоверение обратно.

— Конечно-конечно, — произнес старший лейтенант милиции, тут же ринувшись отпирать решетчатую дверь.

— Куда вы меня забираете?! Кто вы? — воскликнул Турсунбек.

— Не беспокойтесь, товарищ Машариф, — успокаивающим тоном сказал лейтенант Ласка. — Вы же учёный, Родина нуждается в ваших талантах. Будете снова работать в лаборатории. Мы во всём разобрались — те люди, из-за которых вы лишились работы, уже наказаны за свои поступки.

— То есть, меня не арестовывают? — Турсунбек был ошарашен.

Ласка и узбекский физик вышли на улицу. Турсунбек посмотрел в сторону Святослава, стоящего неподалеку.

Звягинцев, глядя прямо в глаза бывшего напарника, спросил:

— Рома, куда вы забираете парня? За что?

Ласка проигнорировал вопрос бывшего напарника, словно его тут не было. Он обратился с вопросом к Турсунбеку:

— Товарищ Машариф, вы знаете этого человека?

Турсунбек занервничал и задумался. Он понял, что Слава знаком с товарищем из КГБ, но какого рода это знакомство, было непонятно. Мало ли, вдруг его друг преступник? Бек не хотел подставлять друга, поэтому сказал чекисту:

— Это мой знакомый.

— Да-а? — вопросительно протянул лейтенант Ласка. — И чем вы с ним занимались? Что делали?

Турсунбек решил во чтобы то ни стало сохранить в секрете незаконные изыскания и аферу с зельями в компании Святослава. Он не хотел подставлять друга.

— Ну-у, я был бездомным, а Слава отличный парень, он приютил меня у себя дома, — произнес Турсунбек.

— Какой хороший товарищ… — с иронией протянул Роман.

— Рома, не молчи, — продолжил сверлить тяжёлым взглядом бывшего напарника Звягинцев. — Куда ты забираешь Турсунбека?