— Всё, хозяйка, — открыл кран Звягинцев, щупая при этом его на протечки. — Принимай работу.

— Ой, спасибо, касатики! — радостно всплеснула руками старушка. — Огромное спасибо, милые!

Бабулька тут же открыла дверцу шкафа. Он был битком забит пакетами с крупами, сахаром, солью и в ряд стояло несколько бутылок водки. Одну из них старушка достала и украдкой сунула в руки Святославу. Он улыбнулся и сунул поллитру во внутренний карман рабочей куртки.

— Всего доброго, — попрощался он.

— Спасибо, до свидания, — с улыбкой провожала старушка сантехников.

Когда мужчины оказались на лестничной площадке, Ласка нарушил сдерживаемое молчание.

— Слава, ты нахрена водку взял?!

— Ты что, студент, бесплатно работать собрался? — приподнял брови Звягинцев. — Замена прокладок стоит пятьсот рублей. Если денег не брать, то это подозрительно. Но поскольку работа пустяковая, то флакон самое то. Ты можешь себе представить сантехника, который от бутылки водки откажется?

— Ну-у… — почесал в затылке Роман. — Не знаю… Вряд ли.

— Бывают, конечно, не пьющие сантехники, но даже они от бутылки водки не откажутся. Её можно обменять у коллег на демонтированную батарею, которую можно потом кому-нибудь за деньги установить или на металл сдать, и тем самым конвертировать алкоголь в ассигнации. Ну что, — кивнул Звягинцев на квартиру слева под номером тридцать четыре, — этому хрену звоним?

— Раз уже дошли, то конечно, — произнёс Роман. — Слава, ты же понимаешь, что это может значить?

— Конечно, Рома. Индивидуальная точка сохранения. Если это так, то дело труба. Попробуй, выяви каждого пришельца…

— Нам нужно попасть в квартиру и убедиться в этом, — твёрдо произнёс Ласка.

— Секундочку.

Святослав зажал дверной звонок тридцать четвёртой квартиры. Раздался непрерывный протяжный звон.

— Хозяин, открывай! Мы пришли проверить ваш стояк! — громко произнёс он охрипшим голосом.

— Пф-ф… — с трудом сдержал смех Роман и затрясся всем телом. На лице у него была широкая улыбка. — Стояк, да?! Ты хоть понял, насколько пошло это прозвучало? Если бы мне в квартиру позвонили, и из-за двери донеслось хриплым голосом: «Мы пришли проверить ваш стояк», чего бы только в голову не пришло…

— Нормальная фраза, — усмехнулся Звягинцев. — Алё-о-о! Есть кто дома? — крикнул он, несколько раз гулко ударив по двери кулаком.

— Похоже, что нет, — покачал головой Ласка. — Что будем делать? — посмотрел он на напарника.

— Зови участкового, будем дверь ломать, — пожал плечами Святослав.

— Это противозаконно.

— Ничего не знаю, — ухмыльнулся Звягинцев. — Соседей топит, пришлось принимать экстренные меры. Ну, ошиблись… Бывает. Подумаешь — участковому по шапке прилетит. С нас-то, слесарей, что взять? — подмигнул он.

— Действительно, — задумался Ласка. — Я всё понял, сейчас организую.

Он достал телефон, спустился на пролёт вниз по лестнице и стал звонить в милицию. Переговорив по телефону, Роман вернулся к товарищу.

— Участковый скоро подойдёт.

Милиционер прибыл быстро, что не удивительно при звонке от чекистов. Пыхтя на третий этаж поднялся сорокалетний мужчина с капитанскими погонами, пиджак у него был нараспашку, демонстрируя выпирающий живот, лицо покрывал пот.

— Здравия желаю, товарищи, э-э-э… — протянул он.

Роман продемонстрировал ему красную корочку и произнёс:

— Мы «простые» водопроводчики. Эта квартира топит соседей, её необходимо вскрыть для устранения течи.

— Как прикажете, — тяжко вздохнул милиционер. — Я это, протокол подготовлю. Понятых нужно искать?

Звягинцев усмехнулся и с сарказмом произнёс:

— Откуда простым сантехникам знать подобные тонкости?

Он достал из рюкзака монтировку и с хеканьем вогнал между дверью и дверным косяком в районе замка. Парень навалился на инструмент всем своим весом и поднатужился. Раздался треск и скрежет. Дверь распахнулась.

— Есть кто живой?! — воскликнул он, с осторожностью просунув голову в квартиру, а в ответ тишина.

— Эх…

Печальный вздох участкового был наполнен непередаваемой гаммой чувств. На его лице отобразилась вселенская печаль, словно уже сейчас представляет, что придётся писать в отчёте. С одной стороны он не мог отказать сотруднику КГБ, с другой нарушает инструкции по явно надуманному поводу.