— Так ты приехал из-за неё, — поморщился тот, — я мог бы и сам догадаться.

— Максим, ты знаешь, я твой друг, — начал говорить Цветков, стряхивая пот со лба сухой салфеткой. — И я сейчас говорю, как друг, а не как партнер по бизнесу. То, что ты делаешь в последнее время недопустимо. Борис Сосновский вне себя от гнева из-за дочери. Он сам мне позвонил и потребовал, чтобы я к тебе сегодня поехал.

— Мне на это плевать. — Максим налил себе чая из чайника, который ранее заказывал Цветков. — Вероника сама виновата. Она устроила скандал в моем доме, вела себя как истеричная стерва…. И я не собираюсь с тобой это обсуждать, Володь, при всем уважении.

— Ты не понимаешь, Максим. Нужно учитывать все факторы, когда дело касается бизнеса. Сегодня Сосновский твой партнер, а завтра может стать твоим конкурентом. Не мне тебя учить этим аспектам, сынок. Ты должен такие вещи сам понимать.

— Я всё это отлично понимаю, — сквозь зубы отчеканил Соколовский. — Я с этим сам разберусь, поговорю с Сосновским.

— Что именно у вас произошло? — прищурился Цветков. — Я слышал, что всё это из-за твоей новой бабы. У тебя это серьезно?

Максим на минуту застыл. Он оценивающе посмотрел на Цветкова, тот как обычно поежился.

— Тебе не кажется, что это не твоё дело?

— Макс, ты меня извини, но это слишком далеко заходит. — Цветков не смотрел на него, откинувшись на спинку своего сидения. — Я слышал ещё про инцидент с Ростовским. Его отец, конечно, мелкая сошка, но это, то, же не дело мой друг. Ты должен отпустить ту девушку.

— Что?? С какого хрена, я должен это делать?

— Так это правда? — Цветков как будто проверял свою теорию. — Сосновский сказал, что ты держишь её у себя насильно. Я конечно, не поверил ему. Зачем тебе это надо, Максим? Ты раньше ничего подобного не делал.

Соколовский ему не ответил. Он сидел в напряженной позе, с настоящим льдом в глазах и с некоей яростью смотрел на друга. Это продолжалось всего несколько минут, когда в их ложу вошла администратор. Максим спокойно объяснил, ей что то, как себя с ним вела официантка недопустимо, сделал свой заказ и спокойно ответил Цветкову.

— Я не собираюсь её отпускать. И это не обсуждается.

— Максим так не делается. Вероника….

— Ты что не услышал меня? — Соколовский был готов сорваться. — Проклятье! Это тебя не касается!

— Максим успокойся, давай выпьем чай. — Цветков хотел разрядить обстановку. Он знал характер собеседника и боялся сказать что-то лишнее.

— Это ты, успокойся Володь. — Максим с силой опустил на стол кулак. — Я не отпущу свою детку, и это не обсуждается.

— Максим, прости, но я должен был тебя предупредить. — Владимир Цветков весь как-то собрался. — Вероника опасная женщина. Она постарается тебе отомстить и отомстить твоей…. Хм. Девчонке. Что она сделает с ней, я не знаю. Но у тебя могут быть серьезные проблемы. Если тебе хоть немного жаль девушку….

— Она не посмеет ничего сделать. Я сотру и её саму и её отца в порошок. — Максим в себе не сомневался.

Его собеседник напрягся.

— Даже так? И всё из-за какой-то девчонки?

Соколовский не ответил. И это почти что не было связано с его обычной манерой разговора. Тут дело было в другом. Он просто не знал, что сказать. Впервые в жизни, он сомневался. Наконец, тихо и с некоей угрозой в голосе сказал:

— Никто не должен узнать об этом. Ты понял меня? Никто.

— Да, кто она такая? — изумился Цветков. — У тебя что, мало баб? Ты можешь получить любую кого захочешь. И её не нужно будет держать…. Насильно. Я тебя в последнее время вообще, не узнаю.

— Пошёл ты нахрен, вот она кто. Это не твое дело.

Цветков прикусил язык и замолчал. В таком состоянии он уже давно Соколовского не видел.

— Максим, я просто хочу помочь, — неуверенно ответил Владимир.

— Если хочешь помочь, скажи Сосновскому, чтоб держал свою дочку при себе. Если она ещё раз явится ко мне домой, я за себя не отвечаю. — У Максима окончательно закончилось терпение, он кинул деньги на стол, щедро заплатив за себя и за друга, и быстрым шагом направился на выход из заведения. Попрощаться с Цветковым он как обычно забыл.

Когда Соколовский ушёл, Цветков тяжело выдохнул и отдышался. Этот разговор должен был закончиться совершенно по-другому, Максим в очередной раз его удивил. Он всегда был непредсказуемым и порывистым человеком, совершал разные рискованные и необдуманные поступки, но как правило, почти всегда прислушивался к его советам. То, что он так категорически настроен в этот раз, поразило Цветкова в самое сердце. Ничего подобного он не ожидал.

Владимир вытащил мобильник, и стал набирать Сосновского, теперь нужно успокоить и его. Радовало только то, что во всех отношениях он был спокойней. Владимир нажал кнопку вызова и услышал гудки, видимо Сосновский пока был занят. Цветков отложил трубку и заказал себе коньяк. Рассуждать трезво не было совершенно никакого желания.