— А какие правильные?

— Скажем так, Зеленый человек не стал бы приглашать Чарли или Молота на чай. — Том уставился в даль, словно вглядывался в собственные мысли. — Я провел много длинных вечеров с ним. Болтая о старых днях и принимая то, чему он готов научить.

— Ты у него учился?

— Конечно. Возможно, он самый мудрый живущий поныне человек. Точно самый мудрый из моих знакомых.

Несколько минут спустя Бенни кивнул в сторону леса.

— Как далеко ты заходил?

— С Первой ночи? До самого дальнего конца Йосемити, но я редко ухожу вглубь. Когда мы пойдем через парк, для меня он будет таким же новым, как и для вас.

— И мы будем идти налегке всю дорогу?

— Неа. Я оставил некоторые запасы у брата Дэвида пару недель назад. Защитные плащи, кадаверин, немного оружия, палатки и другое. Остальное, что нам понадобится, мы сможем купить у торговцев в Вавоне. Налегке мы идем только сегодняшней ночью. Я хочу, чтобы мы были так хорошо оснащены для настоящего путешествия, как только возможно.

Бенни оглянулся и увидел, что Лайла завязывает бинт. Она все зашила, и Никс не произнесла ни звука.

— Говоря о безумных, — пробормотал Бенни.

Том глянул туда же.

— Никс или Лайла?

— Сам реши.

Том фыркнул.

— Ты когда-нибудь представлял, каково быть Никс?

— Все время. — Бенни покачал головой. — Я знаю ее всю свою жизнь, и мы говорили обо всем… но потом вдруг я вижу что-то в ее глазах, когда мы тренируемся или когда она говорит что-то странное, и тогда я гадаю, знаю ли ее вообще.

— И почему это делает ее безумной?

— Не знаю. Я… не могу выразить это словами. С прошлого года она изменилась. Она помешана на этом путешествии. Когда мы говорим об этом, большую часть времени она сосредоточена и логична, но если у меня возникают возражения по этому поводу… она или пытается меня убить, или ведет себя так, словно я ничего не сказал. — Он глянул на Тома. — Я знаю, что ты тоже это видел.

— Видел, — признал Том, — но не уверен, что это делает ее безумной. Она потеряла последнего кровного родственника, Бенни. Во многом она чувствует себя одинокой.

— Но это не так!

— Конечно, так. Мы все одиноки в своих головах, одни больше, другие меньше. Лайла была одна в своей голове многие годы и, возможно, никогда полностью из нее не выйдет.

— Так ты говоришь, что Никс просто одержима и одинока?

— Я этого не говорил. Я соглашаюсь с тобой, что в ее жизни что-то происходит. Не знаю, безумна ли она по-настоящему — опасна ли для себя и других, — но подозреваю, что ее здравый рассудок сейчас в процессе работы. Приглядывай за ней.

Он похлопал Бенни по плечу, и они пошли посмотреть, как дела у Никс. Кожа девушки была бледной, почти зеленой, и ее лицо — та часть, которую Бенни видел под бинтами, — было покрыто потом. Лайла села на пень, осторожно очищая иглу алкоголем.

— Самый глупый вопрос в мире, — сказал Бенни Никс, — но как ты себя чувствуешь?

— Словно меня атаковал кружок вышивания миссис Лафферти. — Лицо Никс опухло, и она едва двигала губами во время разговора. Ее глаза остекленели от боли и усталости.

— Спасибо, — сказала она Лайле.

— Я тоже не хочу возвращаться в город, — сказала она и пошла прочь.

Бенни с Никс глянули на Тома.

Он вздохнул, а потом сказал:

— Ладно, идем дальше.

Они отдыхали еще час, а потом Том сказал всем приготовиться.

Бенни подошел посмотреть, как дела у Чонга, но его друг не захотел говорить. Чонг снова надел свой рюкзак, поправил лямки и не встречался ни с кем взглядом.

— Пойдем, — сказал Том. — Я хочу добраться до станции, пока еще светло. Никс… мы пойдем так быстро, как ты сможешь.

— Я в порядке.

— Нет, это не так. Ты ранена, и хотя не так серьезно, как кажется, твое тело перенесло травму. Обращай внимание на свое самочувствие. Если ты перегрузишь себя, то свалишься, и тогда, клянусь Богом, я отнесу тебя обратно в город. Это понятно?

— Хорошо.

Том поправил ремень, на котором висел меч.

— Мы будем спускаться по горе, и это означает, что с каждым шагом мы приближаемся к населенным зомби землям. Все держите глаза открытыми и следуйте приказам. — Он серьезно посмотрел на Чонга, который коротко кивнул.

Они отправились в путь. Том шел впереди, и несколько минут Бенни шел рядом с ним. Через километр пути Бенни сказал:

— Мы неплохо так напортачили всего за пару часов.

Том поворчал, но вслух сказал:

— Несмотря на то, что я сказал раньше — и несмотря на легендарную серию провалов, — этот день мог быть и хуже. Не намного хуже… но хуже.

— Об этом мне продолжает напоминать Лайла, — тихо сказал Бенни. — Кажется, ей бы хотелось «упокоить» меня.

— Не думаю, но согласен, что она может быть напористой.