— Вот, посмотри. Это доказательства того, что она не моя девушка, — он вручил мне компьютер и, не спрашивая, отобрал у меня пиво. Стоило признать, так было даже лучше. Мик звонко опустил бутылку на полку и повернулся с интересом ко мне. Ждал, когда я увижу то, что он мне приготовил.

Саванна: Мик, мы не можем быть вместе

Мик: чё?

Саванна: Неужели ты не понимаешь?

Мик: я всё, блин, круто понимаю, что с тобой не так?

Саванна: Нет, Мик, не понимаешь

Мик: раздуваешь из мухи слона

Это был кусочек переписки, Мик следил за тем, чтобы я читал только то, что показывал он.

— Вот и всё, — изрёк он, захлопывая ноутбук, чуть не защемив мои пальцы, и забирая его обратно. — Ты всё видел, а писала она мне это в начале сентября.

— Но ведь вы потом… целовались, — я нахмурился и не отводил от лица Мика напряжённого взгляда. В голове всё как-то не укладывалось. Чем больше я пытался понять ситуацию, тем сильнее она ускользала от меня.

— Она сказала, что мы всё равно расстанемся. Просто нужно было время.

Интересный способ разрыва отношений.

— Я ничего не понимаю, — продолжал я чуть тише, будто боясь, что кто-то мог уловить сказанное мной. — Её последний пост, который она выложила на стене, датировался тем днём, когда она пропала. Помнишь, что там было? — в эту секунду мы с Миком встретились взглядами. Его выражал что-то страшное и необъяснимое. Если до того парень ещё выглядел более-менее адекватным, то сейчас казалось, что алкоголь окончательно взял над ним верх, не давая возможности глотнуть чистого воздуха. В голове его, я мог спорить, прочно засели пугающие мысли и дурацкие желания. Правда, говорил он без былой улыбки или даже ухмылки и так уверенно, словно нельзя было его переспорить. В каждом слове чувствовалась сила и вера в собственную правоту.

— Пост о том, что я — лучший парень на свете. Да, она писала это всерьёз. Ты, чувак, не ошибся, но пойми, — он судорожно сглотнул, — Ты совсем не знаешь и не знал Саванну. Она сумасшедшая, чокнутая и сама не понимает, чего хочет, — приглушённее говорил он, почти не дыша. Вновь приблизившись к моему лицу, он убивал меня запахом алкоголя, но сейчас он не казался мне таким мерзким. Наоборот, я знал, что это туманило его разум, ведь, чёрт возьми, какую чепуху он сейчас нёс.

— А хочешь знать, что я скажу тебе? — бросил я, вскакивая с дивана и из последних сил держа свои не самые лучшие мысли под контролём, чтобы они ненароком не превратились в слова. — Можешь напиваться, сколько тебе вздумается, но потом ты осознаешь, какую ты нёс ерунду. Я знал Саванну и знал, какой она была, — продолжал я, поправляя на ходу куртку. Оставив Мика позади, я готов был уже перешагнуть порог дома, но за мгновение до того услышал опять голос:

— Не бери на себя слишком много, чувак. Раз ты так говоришь, ты должен признать, что абсолютно точно её не знал. И с такими мыслями о ней ты вообще вряд ли её когда-то найдёшь. Так что, — ненадолго наступила тишина, и был слышен только звук жадного глотка, — удачи, чувак.

«Удачи, чувак» — что это за слова? Я понимаю, они были сказаны с абсолютной иронией, но я недоумевал: неужели Мик сам не хотел найти Саванну? Неужели те сообщения, что она писала, так воздействовали на него? Пусть и написанные с толикой непонятности и таинственности, они всё же были от его девушки и неужели могли так сильно умалить чувства Мика? Всего лишь незначительные буквы, складывающиеся в слова, так ранили его чувствительное сердце? Я не мог и не собирался в это верить. Кому я верил — так это Саванне. Я словно чувствовал, что она не могла лгать, не могла притворяться и уж тем более, хранить какие-то секреты, о которых намекал Мик. Всё дело в том, что этот «чувак» напился и стал сочинять собственную теорию заговора, но, увы, не самую удачную. Я бы даже больше сказал — самую неудачную из всех.

— Привет, Клео, нам всем сегодня нужно собраться. Ты можешь? — сказал я в телефон, идя по тротуару улицы с наиболее известными в городе кофейнями, барами и прочими мелкими заведениями. В нос то и дело пробирались ароматы горячего шоколада, фруктового чая и резкие запахи всякого рода алкоголя. Навстречу попадались люди самые различные — от маленьких детей, с тёплыми, как чашки в руках, улыбками до занятых женщин и мужчин в деловых костюмах и сжимающих дипломаты в руках. Удивительно, как всего лишь одна улица могла вместить целый город.

— Привет, Флеминг, — сказала она устало. — Конечно, я созову наш совет часов в шесть.

— Отлично, можно к тебе прямо сейчас? — спросил я, надеясь, что Клео не возьмёт в счёт мою наглость.

— Я не против, приходи. Что-то срочное? — неуверенно прозвучал её голос.

— Почти, — ответил я. — Спасибо, что разрешила. Я скоро буду.

— Жду тебя, — закончила она более добродушным тоном. Я в этот момент вспомнил то, что приключилось с ней в школе, и то, что я по-прежнему не понимал сути. Непонятные мне тайны и секреты кружились вокруг осиным роем, и, не давая до себя дотронуться, они оборонялись острейшими жалами. Проблема только в том, что я не знал, с кем разделить эти ощущения. Каждый закрывался от меня настолько, насколько это было возможно.

— Пока, Клео, — добавил я.

— Пока.

Я сбросил вызов и вернул телефон в карман джинсов. Продолжил петлять среди заходивших в заведения и выходивших оттуда людей, которые вряд ли были рады той мысли, что я мог их сбить в любой момент. Мне пришлось потесниться в сторону дороги — всё равно машин тут почти не было, можно было считать, что я шёл по пешеходной зоне. Отсюда я мог изредка поглядывать на вывески, как в первый раз, хоть я и выучил едва ли не каждую. Кофейня, бар, булочная, ювелирный магазин, а дальше магазин игрушек — оттуда вылетел карапуз с игрушечным ружьём наперевес и начал «отстреливать» прохожих. Запыхавшаяся мама с выбившимися из-под капюшона волосами подлетела к сыну и попыталась вытянуть искусственное оружие из рук. Тут мальчик попробовал похныкать, но тут же услышал, что его могут лишить телевизора, и в это же мгновение принял самое умиротворённое выражение лица, опустив ружьё.