Кавано открыл тумбочку кончиками пальцев левой руки.

— Бюстгальтеры. Колготки. Я давно вышел из возраста, в котором забавляются с переодеванием.

— Что? — переспросил Прескотт, покраснев.

— В ванной вы найдете женский туалетный набор. Лак для волос. Губная помада. Крем для лица. Косметическая бритва. Я хочу, чтобы у вас не осталось никаких сомнений в том, что вместе со мной была женщина.

— Хорошо, верю, — с явным неудовольствием ответил Прескотт. — Вопрос лишь в том, действительно ли ее похитили.

Кавано вытащил из кармана куртки листок бумаги, который дала ему Грейс. Потом он подошел к телефону, нажал "9", чтобы перейти на городскую связь, включил громкую связь и набрал номер мобильного телефона Грейс.

Они сидели на кроватях друг напротив друга. Прескотт продолжал держать Кавано на прицеле.

Гудок.

Второй.

Кавано уже начал беспокоиться, сможет ли он связаться с Грейс.

— Алло, — произнес жесткий женский голос.

Кавано посмотрел на Прескотта, как бы спрашивая, узнал ли он голос.

Губы Прескотта побелели.

Мобильный телефон давал небольшие помехи. «Хорошо, — подумал Кавано. — Это скроет глухой звук, который бывает, когда говоришь по громкой связи».

— Это я, — сказал он.

— Надеюсь, у тебя хорошие новости.

— Я достал Прескотта.

— Он мертв?

— Сначала я хочу услышать голос моей жены.

— Я спрашиваю, он мертв?

— А я говорю, что сначала хочу услышать голос моей жены.

Сквозь шум помех послышались приглушенные голоса.

— Скажи ему, что ты в порядке, — услышал Кавано резкий голос Грейс.

Ни звука.

— Ради Христа, скажи ему!

— Я... Я в порядке.

Голос Джэми был напряженным, словно от боли. У Кавано перехватило горло.

— Итак, она в порядке, — снова заговорила Грейс. — Что насчет Прескотта?

— Черт побери, что ты с ней сделала?

— Ничего, кроме того, что могла сделать максимально болезненным.

Кавано представилось покрытое кровью лицо Джэми.

— Чем быстрее ты получишь ее обратно, тем быстрее сможешь со всей любовью и нежностью позаботиться о ней, — насмешливо проговорила Грейс. — Прескотт. Ты сказал, что у тебя хорошие новости. Он мертв?

— Нет.

— Тогда это вовсе не хорошие новости. Почему ты не убил его?

Кавано снова молча посмотрел на Прескотта, словно утверждая: видишь, я говорил правду.

Бритая голова Прескотта блестела от пота.

— Я хочу иметь гарантию того, что получу назад свою жену, — сказал Кавано.

— Ты не веришь, что я выполню свою часть сделки?

— Если я привезу тебе труп — нет. Зачем тебе тогда отдавать мне мою жену? А сейчас мы можем поторговаться. Когда я увижу свою жену, ты увидишь Прескотта. Когда ты отпустишь ее, я отпущу Прескотта. После этого делай с ним все, что тебе вздумается.

— Проклятье, мы так не договаривались.

— Но это будет именно так.

В трубке слышалось только шипение.

— Я не люблю, когда на меня давят, — наконец сказала Грейс.

— Ты должна радоваться. Ты говорила, что твои шефы хотели получить от тебя отчет о задании завтра утром. Сейчас у тебя есть шанс перевыполнить обязательство. Верни мне жену, и получишь Прескотта. И все наши проблемы разрешатся.

Грейс вновь замолчала. Потом она тяжело вздохнула.

— Хорошо. Где устроим обмен?

Кавано в третий раз посмотрел на Прескотта. По дороге в мотель они уже обсуждали детали процедуры обмена в том случае, если Кавано предоставит доказательства своей правоты и Прескотт согласится с его доводами. Прескотт хорошо изучил район Кармеля и принял решение.

— Двадцать четыре километра к югу от Кармеля, по Первому шоссе. Дорога, уходящая в горы. На знаке написано: «Историческая достопримечательность».

— Этого мне только не хватало. Что за достопримечательность?

— Каменная часовня. Ее построил отшельник в 1906 году. До этого он был банкиром. Его семья погибла во время землетрясения в Сан-Франциско. Часовня уже давно обрушилась. Вряд ли там кто-нибудь появится.

— Откуда ты знаешь об этом месте?

— Я уже бывал в Кармеле, — солгал Кавано. — Как-то раз, по пути из Лос-Анджелеса, я увидел этот поворот и решил посмотреть, что там.