Логика оказалась верной. Прескотт аккуратно ехал по авеню Дель Монте, которая вела на запад, в Монтеррей. Доехав до Монтеррея, он дважды аккуратно свернул, объезжая пробки, типичные для пяти часов пополудни, и въехал в ворота двухэтажного гаража, стоявшего неподалеку от комплекса офисных зданий.

Въезд в гараж располагался неподалеку от выезда, но Кавано решил убедиться в том, что здесь нет других ворот, и Прескотт въехал в гараж не ради того, чтобы тут же выехать с другой стороны и избавиться от возможной слежки. Проблема была лишь в том, что Прескотт мог выехать через те же ворота, через которые въехал, за то время, пока Кавано объедет вокруг гаража. Но потом Кавано заметил, что на выезде из гаража стоит целая вереница машин. Конец рабочего дня. Значит, у него есть достаточно времени для проверки.

К счастью, других ворот у гаража не оказалось. Кавано подъехал к входу в гараж и въехал внутрь. На темном, пропахшем выхлопами моторов первом этаже «Порше» не было. Заехав на второй этаж, он увидел машину на стоянке, помеченной знаком «Только для небольших машин». На этаже была дверь, ведущая в офисный комплекс.

Пришлось сменить план действий. Кавано предполагал, что «Порше» окажется на другой площадке, вдали от двери, среди больших машин, преимущественно джипов. Там можно было бы спрятать «Таурус» и напасть на Прескотта из укрытия, когда он подойдет к своей машине.

Теперь пришлось парковаться в стороне. Кавано решил затаиться в темном углу гаража рядом с «Порше» и броситься на Прескотта, перехватив его прежде, чем он сядет в свою машину. Единственной альтернативой было заткнуть выхлопную трубу «Порше», нарезав куски чехлов с сидений «Тауруса». В этом случае мотор не заведется. Когда Прескотт выйдет наружу, чтобы проверить, в чем дело, он отвлечется достаточно для того, чтобы неожиданно напасть на него.

"А о твлечется лиПрескотт? Или неожиданная неполадка насторожит его? Если у него есть пистолет и начнется перестрелка... Я не могу пойти на риск того, что пристрелю его", — подумал Кавано.

Тут он понял, что самым лучшим будет побрызгать парализующим аэрозолем на дверную ручку «Порше». Прескотт коснется ее и потеряет сознание. Кавано выбежит и подхватит его, будто пьяного, а потом затащит в «Таурус».

Надев резиновые перчатки, заблаговременно купленные в магазине, Кавано достал аэрозоль из пластикового контейнера и вышел из машины, заложив руки за спину. Люди, выходящие из офисного комплекса, не должны заметить перчатки. Спустя тридцать секунд он уже снова сидел за рулем «Тауруса». Положив баллончик в контейнер, он аккуратно снял перчатки, не касаясь их наружной поверхности.

«Таурус» стоял в темном углу гаража, и люди, входившие через дверь, ведущую в офисный комплекс, его не замечали. Эхом отдавались звуки открываемых и закрываемых дверей машин. Одна за другой машины выезжали со своих мест и ехали вниз по пандусу. Их становилось все меньше. К шести часам «Порше» оказался единственной машиной, продолжавшей стоять у стены рядом с дверью. Напротив него стоял «Таурус» и еще полдесятка машин.

Кавано переставил «Таурус» подальше, чтобы не выделяться на фоне оставшихся автомобилей.

Шесть тридцать. Из офисного комплекса вышли еще несколько человек.

Семь.

Когда на часах было восемь, в гараже остались только «Таурус» и «Порше». Кавано охватило дурное предчувствие.

— Там наверху стоит чей-то новенький «Порше», — сказал он мальчику с серьгой в носу, работавшему на пропускном пункте гаража.

— Крутая тачка, а?

— Это место достаточно безопасно для такой дорогой машины?

— Всегда кто-нибудь дежурит, как я. До сих пор никто не пытался украсть его.

— До сих пор?

— Этот парень, его хозяин, заплатил за месяц вперед. Однако, странно.

— Что ты имеешь в виду?

— Он забирает машину только днем. Уезжает полпервого, где-то так. Возвращается в шестом часу.

И уходит через офисный комплекс, понял Кавано. Он осмотрелся, ища слежку.

«Он меня засек. Придется принять, что этот ублюдок меня засек». Кавано выехал из гаража. Видимо, гараж являлся тем порогом, на котором Джошуа Картер превращался в другого человека. Живущего по тем документам, которые сделала ему Карен. Возвращаясь на авеню Дель Монте, он окончательно уверился в том, что у Прескотта должен быть другой автомобиль. Не такой заметный. Он ставит его рядом с гаражом. «В точности так, как я научил его».

Кавано старался не смотреть в зеркало заднего вида. Нельзя делать ничего, что могло бы натолкнуть Прескотта на мысль, что Кавано догадывается о слежке. Чувствуя, как искры пронзают его нервы, Кавано свернул налево и поехал по старым кварталам Монтеррея. Вскоре он обнаружил, что едет по Кэннери-роуд. Роскошные бутики и кафе красовались там, где во времена Джона Стейнбека находились фабрики по переработке рыбы. Он не обращал на них внимания. Справа закатное солнце освещало океанскую гладь. И на это он тоже не обращал внимания.