Кавано шел, шатаясь. Воздух становился все прохладнее. Вдруг он услышал взрывы, один за другим раздавшиеся за спиной. Вероятно, взорвались боеприпасы в оружейной. Он перешагивал через валуны и поваленные стволы деревьев, продираясь сквозь густой кустарник и нижние ветки елок. Потеря крови ослабила его настолько, что ему приходилось постоянно бороться с желанием сесть и отдохнуть. Для того чтобы максимально уйти от пожара, ему пришлось призвать на помощь всю силу воли и дисциплину. К гулу пожара прибавился новый звук, высокий и прерывистый. Он приближался. Сирена. Нет, сказал он себе. Несколько сирен. Конечно. Полиция и пожарные. Мимо ближайшего городка, в восьми милях отсюда, им придется двигаться по еле заметной грунтовой дороге, которая ведет к бункеру. Они не знают о его существовании, однако теперь, благодаря пожару, они без труда найдут его.

Идея двинуться в сторону дороги, идя на звук сирен, и дождаться спасателей была весьма заманчивой. Возможность отдохнуть, получить медицинскую помощь. Пить. Язык, казалось, распух от жажды. «Я ведь не совершил ничего противозаконного, — подумал Кавано. — Есть все основания обратиться к полиции за помощью».

Однако затем он представил себе, сколько вопросов возникнет у полицейских. Они поместят его в камеру, под защиту. Это равнозначно отсутствию всякой защиты. Попытаются охранять его в больнице, а затем — в участке или где-то еще, где, по их мнению, он будет в безопасности. На самом деле это не даст ему практически никакой защиты. Они заподозрят его в соучастии в убийстве. На то, чтобы доказать свою невиновность, уйдет время. Чем больше времени он потеряет, тем большей опасности подвергнется. Прескотт хотел, чтобы все они погибли. Сукин сын. Теперь у Кавано появилась возможность привести мысли в порядок и проанализировать ситуацию. Что за люди прилетели на вертолетах? Военные? Скорее всего. Зачем им нужен Прескотт? Надо сделать так, чтобы и Прескотт, и те, кто за ним охотится, считали, что Кавано погиб вместе с остальными. Иначе они еще раз попытаются найти и уничтожить его.

Какого черта надо было уничтожать всю команду защитников? Дункан, Чэд, Трэйси, Роберто. Перечисляя про себя имена погибших друзей, Кавано чуть не закричал. Голова пухла от вопросов, которые рождались один за другим и на которые не было ответа. Единственное, в чем можно быть уверенным, так это в том, что пока он не разберется в ситуации, надо сделать так, чтобы враги считали, что он мертв.

«А я и так труп, — подумал Кавано. — Пока что — ходячий».

Нет, не ходячий. Шатающийся.На то, чтобы переставлять ноги и идти, потребовались все его силы — и физические, и моральные. Рана, заклеенная лентой, продолжала болеть. Кожа на руках и голове саднила. Из последних сил он старался идти, не шатаясь и не падая.

Представь себе, что ты в учебке, попытался он пошутить сам с собой. Или, еще лучше, кроме шуток, это первый день обучения в «Дельте». Вспомнив учебный центр в Форт-Брэгге, он почувствовал ностальгию. Сделай так, чтобы твои инструкторы могли гордиться тобой. Шаги Кавано стали более уверенными.

Справа приближался звук сирен. Надо держаться от них на расстоянии и использовать их для определения своего местоположения. Кавано продолжал продираться сквозь темный лес. «Мне понадобится помощь, — подумал он. — Я выгляжу как жертва войны. Если меня кто-нибудь увидит, он закричит от страха и, скорее всего, вызовет полицию. Кто же мне поможет?»

Он вспомнил про Эдди, водителя, который забрал его с автостоянки. Вечно жующий жвачку и сыплющий шутками. Игрушки для крыс в канализации. Он тогда должен был отогнать подальше ту черную машину. Поскольку в машине мог стоять радиомаяк, следовало бросить ее подальше от аэропорта. Кавано уже несколько раз работал в команде с Эдди. Если он узнает о происшедшем, то бросит все и примчится на помощь.

Что-то здесь не так. Предположим, у Прескотта, или у людей в вертолетах, или у всех них, есть информатор в «Службе защиты». Предположим, они знают, что Эдди входил в состав команды. Чтобы удостовериться в том, что Кавано мертв, они установят наблюдение за Эдди. Телефонный звонок, после которого Эдди отправится в ближайший к бункеру городок, станет очевидным свидетельством того, что кто-то из команды защитников остался в живых.

Рисковать нельзя. Надо остаться невидимым.

Ради всего святого, кто же тогда мне поможет?

Сколько ни думай, ответ один. Ему придется обратиться за помощью к единственному в мире человеку, которого он совсем не хочет впутывать в это дело.

— Отель «Уорвик», — раздался в трубке сонный мужской голос дежурного.

— Пожалуйста, комната пять-ноль-четыре, — негромко проговорил Кавано. Он сидел среди скал и деревьев в четверти мили от светящегося в ночи городка. У него ушло четыре часа на то, чтобы добраться до этого городка и обойти его стороной. Он не стал звонить раньше, поскольку существовала вероятность того, что окрестности бункера сканируют на предмет обнаружения работающих мобильных телефонов. Военные приборы могут делать это с расстояния в несколько миль. Если же телефон будет работать в непосредственной близости от города, даже в это время суток звонок не вызовет подозрений. Более того, наверняка служащие пожарных команд и полиции, прибывшие на место происшествия, сейчас вовсю пользуются мобильной связью, и выделить в этой каше отдельный разговор будет сложно. Только по ключевым словам. Например, мертвый, нападение, «Всемирная служба защиты».Или имя «Кавано». Поэтому Кавано старался говорить максимально нечетко.

— Пожалуйста, сэр, говорите погромче. Я вас еле слышу.

— Комната пять-ноль-четыре.

— В столь поздний час... Вы абсолютно уверены, что хотите побеспокоить...

— Моя жена ждет звонка от меня.

— Соединяю, — сказал дежурный, тяжело вздохнув.

Прижав телефон к правому уху, Кавано слушал повторяющиеся гудки на другом конце линии.

— О... алло? — раздался хриплый голос Джэми, которую звонок, очевидно, разбудил.

— Это я, — сказал Кавано, привалившись к дереву. Телефон холодил ему руку.