Актар некоторое время молчал, обдумывая услышанное. Он молчал так долго, что я начал бояться, что он нас поколотит за ослушание.

— Хорошо, — сказал он наконец, — позволю вам сразиться с белым медведем, но при одном условии. Если мне придется вмешаться, мы начнем наши утренние занятия в шесть вместо восьми в следующем месяце. Если вы согласны, то по рукам.

Актар завел руки за спину, качнулся с пятки на носок и самодовольно улыбнулся, уверенный, что ни один из нас не пойдет на такой риск.

— Договорились, — взволнованно сказал я.

— Неужели?! — спросила Адель, глядя на меня широко раскрытыми глазами, — я согласна, что борьба со зверем хорошее испытание, но ты действительно хочешь рискнуть?

Я кивнул, безумно улыбаясь при мысли о предстоящей схватке.

— Хорошо, — сказала Адель со вздохом покорности судьбе, — но если мы проиграем, я возлагаю на тебя ответственность за всю дополнительную боль, которую мне придется терпеть в течение следующего месяца!

Мы повернулись к Актару, который выглядел одновременно удивленным и довольным.

— Ладно, только не говори потом, что я тебя не предупреждал, — сказал он с широкой улыбкой, — я буду с нетерпением ждать этих дополнительных двух часов тренировок!

Я уже собирался войти в пещеру, когда Адель положила руку мне на плечо.

— Подожди минутку, — сказала она.

Она повернулась к Актару с проницательным выражением лица, — что вы дадите нам, если мы победим?

— Почему я должен что-то давать? — спросил тот, подняв бровь, — я позволяю вам сражаться с медведем. Это ваша награда.

— Значит, если мы сражаемся и побеждаем, мы ничего не получаем, но если мы сражаемся и проигрываем, мы получаем месяц дополнительной подготовки? Разве это справедливо?

Я хотел возразить.

Сражение с медведем хорошая награда.

Почему Адель хочет большего? Что нужно этой взбалмошной аристократке?

— Хорошо, хорошо. Я понимаю, к чему ты клонишь, — признал наставник после минутного раздумья, — чего ты хочешь, если выиграешь?

— Прекрасно, — сказала она, махнув рукой, — нам все равно нужна тренировка. Что мы хотим, так это не возвращаться к борьбе со свиноовцами после сегодняшнего дня. Мы знаем, что не можем приходить сюда каждый день, так что в другие дни, вы отведете нас в более сложный Заказник.

— Хорошо, — ответил он через несколько секунд, — но у вас всего десять минут, чтобы победить медведя, а потом я вмешаюсь! — сказал он, протягивая руку.

— Договорились! — быстро сказала Адель и пожала ее.

— А я-то думал, что сошел с ума, — сказал я, когда Адель вернулась ко мне с самодовольной улыбкой на лице.

— Так и есть, — сказала она, слегка похлопав меня по спине, — а я только что многое для нас выиграла.

— Да, — согласился я, — но неужели ты думаешь, что мы управимся за десять минут?

— Если мы не сможем одолеть его за это время, то будем либо слишком ранены, чтобы сражаться, либо слишком слабы, чтобы причинить ему вред — пожала она плечами.

— Хорошо. Но если мы проиграем, ты не будешь винить меня за дополнительные часы тренировок.

— Согласна. А теперь давай убьем медведя!

К моему удивлению, зорн даже не дернулся за все время, пока мы стояли там и громко разговаривали.

Интересно, сможем ли мы подкрасться к нему и прикончить во сне?

Однако в ту же секунду, как мы покинули туннель и вошли в пещеру, медведь резко выпрямился и повернулся, чтобы посмотреть на нас. Он медленно развернулся на земле и поднялся во весь рост.

Я почувствовал, как сердце забилось чаще, когда я увидел ледяного медведя во всем его великолепии. Более двух метров в плечах и не меньше четырех метров от морды до хвоста — с этим зверем шутки плохи.

— Так каков план? — спросила Адель, когда щит очертил ее тело в ярком зеленоватом сиянии.

— Думаю, как всегда, — ответил я, используя кулак и оттиск, — притормози его, используя путы, а затем атакуй копьями. Я проверю его защиту и посмотрю, пройдут ли мои атаки. Если нет, мне придется переключиться на что-то другое, поэтому замедление будет весьма кстати.

Она понимающе кивнула и протянула мне руку.

— Обратный отсчет запущен! — услышал я голос Актара позади себя.

Я ухмыльнулся Адель и бросился к огромному медведю. Тот, увидев мое приближение, запрокинул голову и испустил рык, сотрясший своды пещеры. На мгновение я споткнулся, почувствовав внезапный приступ страха.

Медведь — менталист?!

Я встряхнулся, делая мысленное усилие, чтобы идти дальше, а не поджимать хвост и бежать вопя в ужасе.

Быстро сократил расстояние между нами.