Смерть Алхимика, уничтожение центра Мирасвет, недостаточное количество запасов наркотика привело к невероятному количеству жертв. Новый командир, которого знаю, как Владимир Соколов, выбрал скромную тактику сокрытия истинного положения дел. Он задействовал все возможные ресурсы организации, выведя операцию на новый уровень и присвоив ей новое лаконичное название «Мирасвет». Он выставил Григория Волкова как лидера секты, создал новую биографию личности, через которую ввёл в СМИ дезинформацию. Таким образом ему удалось вывести ситуацию из раздела слухов об оборотнях и мистики в раздел секты и наркотики. Блестяще проведённая операция полностью преобразила произошедшее и уже сами пострадавшие считали, что всё это мифы с целью подавления личности и выкачивания денег. Как и в других сектах.

Словом, с этой стороны с проблемой справились. Правительства активно включились в работу с пострадавшими, выплачивая компенсации, разыскивая «виновных» и помогая выжившим после неона. Владимиру удалось сильно занизить цифры погибших, чтобы не возникло паники.

Он справился с работой за год.

Но ведь никто не говорил, что на этом всё закончится. После случившегося в центре Мирасвет, остались обращённые в волков люди. Это тридцать семь человек. Часть из них ушла в мир волков, другая осталась здесь. Мы не знаем, сколько именно, но прекрасно видим, как много среди них фанатиков. Они действительно превратили произошедшее в культ личности, воспевая Алхимика как ушедшего бога, который хотел наградить всех достойных его милости людей даром превращения в волков. И именно этим они и занялись, разбежавшись по всему свету.

Достаточно одного укуса или глубокого пореза, чтобы заразиться. Можете себе представить, сколько ячеек мы зачистили за эти годы? Но до сих пор не добрались до костяка этой новой секты. А ведь помимо самой ликвидации, нам приходилось убирать за ними. И именно этим продолжает заниматься Владимир. Зачищать следы. Ведь если люди узнают о существовании оборотней. Если они поймут, что такие монстры живут среди них, то сколько времени им потребуется, чтобы захотеть уничтожить этих существ? Уничтожить нас?..

* * *

Один из главных офисов американского отделения организации расположился в Вашингтоне в сером и неприметном здании, выполненном в классическом «коробковом стиле». Отделение занимало подземные этажи и один из верхних и соседствовало с Департаментом природопользования и охраны окружающей среды. Такое соседство позволяло быть довольно незаметными и даже сами сотрудники этого ведомства считали нас одним из экологических подразделений, занимающихся контролем и учётом. Фактически, организация органично спряталась за длинными названиями, так что никто особо даже не вдумывался, а есть ли такое подразделение на самом деле.

Микроавтобус заехал в подземный гараж с отдельным въездом. Ещё до того, как выбралась из машины, Кору вытащили из кузова и уволокли в тюремную камеру. Скорее всего, я больше никогда её не увижу. Да и она сама вряд ли покинет это здание живой.

Скривившись от холодного сквозняка, недовольно поморщилась. Мне не нравилось здесь находится. Здание было настолько серым и неприметным, что от пыли скрипело на зубах и хотелось вымыть волосы и прочистить глаза. Я ни разу не была здесь просто так. Обычно меня вызывали, если кто-то проштрафился или требовался личный отчёт. Или Владимир, в очередной раз, допрашивал насчёт моего прошлого рядом с Каем. Антон слишком поздно был введён в личный круг Алхимика и не знал всех его планов, а мой опыт уникален. Только я могу предугадать, как поступят его последователи. И иногда моя интуиция оказывалась права. Таким образом недавно вывела их на след Шарли. Но они упустили девушку и она залегла на дно. Поэтому все такие крупные операции теперь проходят через меня.

Надеюсь, вызвали не из-за несанкционированного допроса Коры, а из-за новых сведений касательно волков Алхимика.

— Ненавижу это место, — пробурчал Берт, чихнув, вставая рядом со мной. — Готова?

Мрачно зыркнув на него, пошла в сторону лифта. В здании ремонт не проводили годов с семидесятых, поэтому обивка пластиком под красное дерево в кабинке не удивляла, как и сильное дребезжание дверей и громкий гул от поднимающегося вверх механизма. На проходной в фойе сидела молодая девушка лет двадцати пяти, меланхолично жующая жвачку. Она из тех, кто не вдумывается, где работает. Вопросов не задаёт, действует по разработанному алгоритму. Получив наши удостоверения, молча разблокировала проходные двери, за которыми скрывался извилистый коридор с кучей дверей, за которыми скрывались как обычные кабинеты сотрудников, так и информационные центры с хранилищами данных.

Наш путь привёл в кабинет Шефа, расположившегося в самой дальней части этажа, подальше от основных путей работников организации. Шеф занимал довольно странную должность и с одной стороны казался лишь координатором работы таких командиров, как я, а с другой стороны мог отдавать приказы такому, как Владимир. То есть его функции имели довольно размытые очертания и в первую очередь это было связано с его уникальным опытом работы на территории СССР. Он был тем, кто смог сохранить деятельность организации в относительной тайне от КГБ. Сразу возникал вопрос, сколько ему лет, но ответа не было.

Мы с Антоном иногда размышляли над секретными разработками по продлению жизни у иных существ — сов или лис, как основных действующих видов на территории Земли, но это были лишь глупые теории. Иные оборотни не спешили делиться с нами подробностями жизни на своей родине. Они слишком хорошо запомнили прошлое плотное сотрудничество с иными видами, поэтому теперь держаться нейтралитета и не вступают в экономические отношения даже между собой. Всё, что их волнует, видимая стабильность на территории центра ожерелья — на Земле.