Только первое поколение, обращённое в стенах лаборатории, не получило это проклятие. Они могут иметь детей и не привязаны к лунному циклу. Их можно было бы назвать элитой в этом новом мире волков. И они мои самые главные цели. От них пошли все остальные. Ближний круг. Артём. Шарли. Кот. Лиша. И многие другие бывшие приближённые Алхимика. Мои враги.

Я всё ещё бегу. Следую за ним в самую чащу, предчувствуя, когда он остановиться. Когда он ощутит присутствие мощного хищника. Когда бросится на него, раздирая мокрую чешуйчатую кожу. Мой выход в самый разгар битвы вервольфа с крупным аллигатором, извивающимся в объятиях неизвестного зверя. Они ушли под воду, вспенивая её как после солёной бомбочки. Кровь разошлась во все стороны и только одна голова появилась на поверхности. Жёлтые глаза сверкнули в темноте, раскрылась пасть, выступили клыки, раздалось утробное сочное рычание. Зверь смотрел прямо на меня и в его раскалённых кровью глазах не было ничего человеческого.

— Вот не надо этого, — проворчала укоряюще, раздвигая листву и осторожно подходя совсем близко к воде. — Иначе будет не очень… приятно! — я говорила на его языке, пытаясь речью воззвать к разуму, но глухо.

Вервольф поднялся над поверхностью, выдавая мелководье, по его короткошёрстной шкуре стекала вода вперемешку с кровью, аллигатор всё-таки зацепил молодого волка, ранив в шею, оставив острые следы от длинного ряда зубов. Течение здесь совсем медленно, но туша поверженной рептилии поднялась довольно далеко от волка, и он не обратил на неё никакого внимания. Теперь я была его цель. Однако он был непривычно осторожен для новообращённого. Словно чувствовал, что я не так проста. Его движения, плавные и аккуратные, чётко направленные в мою сторону. Я видела, насколько широко его туловище, как выдаются вперёд мускулы, показывая каким здоровяком был этот человек. Негритянская раса всегда отличалась ширококостностью при обращении. Чёрная мелкая шерсть, иногда завивающаяся как у барашка, большие глаза, налитые желтизной. Забавный факт, при обращении у негров окончательно меняется цвет глаз на жёлтый, даже если был изначально чёрный.

Эти «рекруты» всегда предпочитали негров для превращения. Потому что эта раса гораздо проще соскальзывала в волчье обличие, чем европейцы или азиаты. Последние практически никогда не переживали переход. Также неграм проще держать контроль над второй ипостасью, они лучше понимают себя и с ними гораздо легче находить контакт.

Когда ты знаешь и принимаешь своего зверя, тебе проще с ним уживаться.

Вот и сейчас, в его движениях уже проявлялось нечто человеческое. Он пытался выбраться из сладких звериных оков, но не успел. Я неловко пошевельнулась и надо мной взлетела ночная птица. Этого оказалось достаточно, чтобы он сорвался с места, прыгая вперёд.

— Не смей! — закричала на него, сжимая руки в кулаки и выставляя их перед собой.

Внутренняя сила пружиной выскользнула вперёд, шибанула его по морде, срывая намеченную цель. Волк падает, врезаясь в дерево, спугивая стайку спящих птиц, с недовольными воплями разлетевшимися в разные стороны. А он трясёт головой, пытаясь сообразить, что случилось. И тогда вновь печатаю его силой, пригибая к земле. Давлю, удерживая в неподвижном положении, но не лезу вовнутрь. Это больше не для меня.

— Держи себя в руках! — цежу сквозь стиснутые зубы, опускаясь на колени рядом с оскаленной мордой. Он неотрывно пялится в мои глаза, по-звериному представляя, как вцепится в горло, но вот мелькнула искра. А потом ещё и ещё, и разум затеплился в звериной шкуре. И превращение с тяжестью и стонами пошло вспять. И лишь тогда отпустила его, обессиленно опустив руки, разминая скованные напряжением мышцы.

Такими измождёнными и усталыми нас и нашёл Антон, почувствовавший, что мне нужна помощь.

***

Возвращение к базе вервольфов заняло больше времени, чем побег. Антон на закорках потащил обессиленного превращением парня, пока я расчищала путь сквозь заросли южного леса. Духота здесь под этим бесконечным покровом из листвы деревьев достигала максимальной концентрации, значительно осложняя дорогу. Говорить совершенно не хотелось. И думать тоже. Только идти вперёд, с тоской посматривая на небо. До рассвета ещё пара часов, эта ночь почти бесконечная.

Как только пересекли опушку, огороженную сломанной колючкой, оставила Антона разбираться с новообращённым, а сама направилась прямиком в главное здание, где меня встретил ещё один член нашей небольшой команды.

— Сёстры вернулись? — задаю насущный вопрос подошедшему здоровяку, державшему небольшой планшет с записями.

— Они всё ещё двигаются на север. Пока не догнали. Девчонка быстро бегает, — отрывистыми фразами заговорил Грегор, показывая их маршрут. Мы все имели маячки, вживлённые под кожу, чтобы можно было любого отследить. Учитывая, как вервольфы легко соскальзывают в волчье обличие, это было действительно необходимо. — В подвале остались другие обращённые. Пятнадцать человек. Десять парней и пятеро девчонок. Ещё три трупа в одной из комнат — их убили, так как трансформация пошла неправильно.

— Твой прогноз?

Грег был мозговитым парнем и до обращения в волка изучал медицинские науки, а потом неудачное свидание и добро пожаловать в дивный новый мир.

— Ещё трое умрёт сегодня днём или вечером. Одна девушка ходит по краю, не могу сказать, чем закончится. Ещё один вот-вот обернётся, как и сбежавший, его мы изолировали от остальных, чтобы совместную трансформацию не запустить.

— Чёрт, — добавив ещё парочку ругательств с надеждой посмотрела на ребристое небо — кучевые чёрные облака заслоняли луну, но она выскальзывала из-за них, показывая свои налитые бока. — Придётся самими проводить их через обращение завтра на закате. Иначе у нас будут неудержимые волки и даже удалённость фермы не спасёт от их атак.

— Те, кто сделал с ними это, подготовились, — спокойно ответил Грегор, жестом показывая следовать за ним.

Мимо нас прошёл Антон, уже державший на руках спящего паренька. Он кивнул Грегу, спросив, где расположилась Лили, наш медик, после чего скрылся в дверях дома. А мы спустились с пригорка к ещё одному амбару, меньшему по размерам, стоявшему прямо напротив заросшего поля. Оказалось — конюшня, в стойлах которой валялись трупы животных. Коровы, лошади, свиньи и прочий сельский скот. Судя по запаху, их закололи недавно, а значит неизвестная Кора готовилась накормить обращавшихся плотью животных, чтобы утихомирить первый волчий порыв.