Четырнадцать лет — это дольше, чем возраст некоторых девочек, что катались тут.

— Доброе утро, — сказала я на ломанном русском. Мне пришлось выучить несколько фраз за годы, проведённые с Галиной.

— Привет, yozhik, — поздоровалась она со мной, на мгновение устремив свой взгляд на лед, а затем повернулась ко мне лицом, обветрившимся и беспощадным, словно ее кожа была сделана из пуленепробиваемого материала, которое ни чуть не изменилось с тех пор, как мне было двенадцать. — Хорошо провела выходные?

Я кивнула и рассказала, как ходила в зоопарк с братом и племянницей, а потом зашла к нему домой поесть пиццы.

Уже и не помню, когда в последний раз выбиралась куда-то.

— А как прошли твои? — спросила я женщину, которая столькому меня научила, что мне никогда не отблагодарить её в полной мере.

На щеках Галины появились ямочки, когда она подарила мне столь редкую улыбку. Я настолько хорошо запомнила черты ее лица, что могла бы с легкостью описать их криминалисту, если бы мой бывший тренер вдруг пропала. Округлые тонкие брови, миндалевидные глаза, узкие губы, шрам на подбородке от лезвия конька партнера, оставшийся со времён её выступлений. И еще один шрам на виске от удара головой об лед. Нет, нет, она никогда не исчезала. Поверьте, любой похититель отпустил бы Галину уже через час.

— Я виделась со своим внуком.

Прежде чем ответить, я на секунду задумалась, какое же сегодня число.

— У него был день рождения?

Галина кивнула и снова посмотрела на свою ученицу, которая тренировалась у неё с тех пор, как я оставила одиночный вид спорта, чтобы начать кататься в паре. Это было четыре года назад. Мне не хотелось уходить от нее, но... это уже другая история. Я больше не ревновала, думая о том, как быстро бывший тренер нашла мне замену. И только изредка, особенно в последнее время, это задевало меня. Совсем немного. Но даже этого было достаточно.

Не думаю, что когда-нибудь признаюсь ей в этом.

— Так ты купила ему коньки? — спросила я.

Галина пожала плечами, продолжая пристально следить своими серыми глазами за действиями на льду, так же, как раньше следила за мной.

— Ага. Купила ему коньки для дела и видео-игру. Я ждала достаточно. Сейчас ему почти столько же, сколько было тебе, когда ты пришла ко мне. Чуть постарше, но все равно у него подходящий возраст.

Галина, наконец-то, сделала это. Я припоминала, что, как только её внук родился — это случилось до того, как я ушла от нее — мы обсуждали его карьеру в фигурном катании, как только паренёк подрастёт. Это был всего лишь вопрос времени, что мы обе прекрасно понимали. Ее собственные дети не продвинулись дальше юниоров7, но данный факт уже не имел значения.

Размышляя о ее внуке, я практически почувствовала тоску по детству, вспоминая, какими веселыми были те времена. Ещё до травм, до критики в мой адрес и прочей херни. До того, как мне пришлось узнать, каким было разочарование на вкус.

Благодаря фигурному катанию я всегда чувствовала себя непобедимой. Это было потрясающее ощущение. Я не знала, каково это — ощущать, будто ты умеешь летать. Быть настолько сильной, настолько красивой. Осознавать, в чем-то хороша. Особенно в том, что волновало меня больше всего на свете. Никогда бы не подумала, что все эти прыжки и скручивания в немыслимые формы, могут быть такими прекрасными. Я чувствовала себя особенной, разгоняясь настолько быстро внутри катка, насколько могла. Жаль только, не имела ни малейшего представления, что, годы спустя, моя жизнь изменится не в лучшую сторону.

Смех Галины вырвал меня из раздумий. По крайней мере, на мгновение.

— Однажды ты станешь его тренером, — фыркнула женщина, словно на секунду представив, что я буду обращаться с ним так же, как она обращалась со мной, и это рассмешило ее.

Я улыбнулась, вспоминая, сколько раз получала от нее подзатыльник, пока она была моим тренером. Не все подопечные могли справиться с таким проявлением её любви, но в тайне я действительно любила Галину. С ней я смогла достичь многого. Моя мать всегда говорила, что мне палец в рот не клади.

Но, поверьте, Галину Петрову тоже голой рукой не возьмешь.

Это был не первый раз, когда она упомянула о моей тренерской карьере. За последние несколько месяцев ситуация стала... просто отчаянной. Моя надежда найти другого партнера угасала с каждым днем, и Галина начала предлагать стать наставником при любом удобном случае. Просто брала нахрапом.

— Жасмин, ты — тренер, и все тут. Ясно?

Но я все еще не была готова к этому. Ты становился тренером, когда морально сдавался, а... я не собиралась опускать руки. Пока что. Это еще не конец.

«А, может, пришло твое время?» — прошептал в голове плаксивый голос, заставляя мои внутренности сжаться.

Галина будто почувствовала, что происходит со мной, и издала еще один фыркающий звук.

— Не могу отвлекаться. Тренируй прыжки. Ты слишком много думаешь, и именно поэтому падаешь. Вспомни, что было тогда, семь лет назад, — сказала женщина, не отрывая взгляд от катка. — Не анализируй. Просто делай.

Я удивилась тому, что она заметила мою внутреннюю борьбу, так как все ее внимание было приковано к своей подопечной.