— Нет, теперь здесь для моего КЭМИ слишком много постороннего шума, я элементарно не могу сосредоточиться. Если бы я прислушалась заранее, у нас было бы больше шансов — с досадой призналась девушка извиняющимися тоном — Вот дура! Не надо было расслабляться ни на минуту.

— Не за чем брать всю вину на себя, нам всем стоило быть осмотрительнее. Оставайтесь здесь, а я пойду разведаю обстановку.

Алес, осторожно перебегая от угла к углу, благополучно добрался до парадного входа. Выглянув в окошко, он не заметил там ничего необычного и, слегка успокоившись, решился приоткрыть дверь. Убеждая себя, что подобные звуки были больше похоже на природное явление, чем на нападение неприятеля, он, постоянно осматриваясь по сторонам, выглянул наружу, а затем, с широко открытым ртом, уже не скрываясь, вышел целиком. Никакими словами невозможно было передать насколько сильно повезло им в этот раз. Хотя, возможно, о них снова позаботилась метавселенная, оставив дом его тетки буквально в метре от гигантского ни то что разлома, а целого кратера. Возникнув в земле словно из ниоткуда, он жадно поглотил все, что было на нем и рядом с ним — деревья, камни, невысокие горки, животных, птиц и даже небольшое, вставшее на его пути и теперь благополучно стекавшее, словно водопад вниз, природное неглубокое озеро. Но самым страшным и поражающим воображение было даже не это. Из гигантской, образовавшейся за считанные секунды, дыры вверх тонкими прозрачными лучами, вздымалось еле окрашенное в оранжевый цвет спектральное полотно, безумно красиво переливающееся в лучах дневного солнца.

Кое-как сумев закрыть рот и найти в себе силы передвигаться, молодой человек собирался вернуться к остальным, чтобы сообщить, что с их планами стоило бы поторопиться. Он даже успел развернуться спиной к этой одновременно прекрасной и ужасной картине, как вдруг почувствовал у своего виска что-то холодное и неприятно впивающееся в кость, резко заставившее его остановиться.

— Это уже становится традицией — тяжело вздохнув, признал он, ожидая обнаружить за своей спиной кого-то вроде Рема или Шина, но жестоко ошибившись, потерял дара речи, увидев перед собой довольное лицо Ната.

— Какую занимательную историю я, однако, тут услышал — с нескрываемым напыщенным видом заявил мужчина, обходя парня кругом и становясь перед ним лицом, но при все продолжая держать того на прицеле — Теперь, пожалуй, у меня точно есть шанс попасть домой, а ты как думаешь?

Вселенная № 7 693. 14 сентября 2 124 год. Воды Атлантического океана, крейсер Миллениум.

Эта была победа! Возможно самая большая из всех тех, что были у директора ВНСПБ в этом чертовом мире, который он с одной стороны уже успел полюбить за его добродушную самобытность, а с другой люто ненавидел за то, что в нем не было его любимой девочки Ады. Нат даже пробовал отыскать и себя и ее в этой реальности, в надежде, что хоть это утешить его родительскую тоску, но в итоге все оказалось еще гораздо более плачевным. Местный двойник пилигрима — экстремал и спортсмен, из соображений совести, дабы не оставлять однажды своих жену и детей без отца, так и не завел семью, пока и в самом деле не погиб по чисто глупой случайности пару лет назад во все еще самых опасных в этой вселенной для восхождения скалолазов Гималайских горах. Глава агентства даже тайком сходил на прощание с мертвым телом, видь, когда ему еще мог бы выпасть шанс побывать на почти собственных похоронах, даже если большая часть пришедших туда людей была мала ему знакома.

Но все это осталось в прошлом, а сейчас директору ВНСПБ нужно было думать о будущем, хотя честно говоря, спеша в каюту Кира, он все еще ловил себя на мысли, что в нем снова и снова борются два разных человека. Один, положивший последние одиннадцать лет своего существования на поиски выхода из параллельной вселенной № 7 693, чтобы еще хоть раз своими глазами увидеть милую улыбку дочери, ради которой он все еще дышал. И второй, которого непрестанно грызла совесть за то, что он думать лишь о своей личной привязанности и благополучии, когда на кону стояли миллиарды невинных жизней. Первый неустанно повторял, что все, что он когда-либо делала, было ради нее, ради Ады, что никого и никогда на свете он не любил так, как это нежное маленькое создание, сейчас уже, наверняка, ставшее юной прекрасной девушкой, которой бы еще жить, да радоваться каждому новому дню, если бы не нарисовавшийся так нежданно конец света. Этот Нат, из вселенной № 1, не задумываясь умер бы вместе с чуждой ему реальностью, лишь бы его дитя жило дальше, пусть и не в столь совершенном мире, если бы не второй, сидящий в нем, человек, неустанно повторявший первому, что существуют еще как минимум двадцать две реальности с разумными видами и тысячи с потенциальными, которые он может поставить под удар, если последняя Константа умрет.

Этот внутренний диалог разбитой на двое личности не давал мужчине покоя с тех самых пор, как он впервые услышал историю Нила, и даже теперь, решив, наконец, чью сторону ему поддержать, Нат все еще сомневался в правильности своего выбора. Как только он с задержанными прибыл на крейсер, то первым же делом отправился к Радосу, доложить радостную весть о их вновь удачно сложившемся положении, если, оглядываясь на творившийся вокруг них апокалипсис, так все еще можно было сказать. Пока вся их разношерстная компания добиралась до Миллениума, им столько всего довелось увидеть, что возможно именно это и сыграло не последнюю роль в принятом им решении.

Большую часть мелких эко поселений, расположенных до Юниона, либо уже поглотила земля, разверзнув огромные трещины-дыры, из которых непрерывным потоком в небеса, к термосфере, взымались расширяющиеся с каждым часом НСП, либо смыли сильнейшие потоки воды, разрушившие на своем пути, все возможные преграды, либо спалили огненные смерчи, образовавшиеся из многочисленных пожаров от нежданно вышедших на поверхность летучих газов. Если бы не Марлины, способные трансформироваться под любую поверхность, то агенты ВНСПБ со своими пленниками ни за что бы не добрались до столицы, где дела обстояли уже настолько плачевно, что не помогала даже эвакуации, да и куда было переправлять людей, если по всей планете творилось все тоже самое?! Почва ходила ходуном, провоцируя не только землетрясения, но и цунами разной величины, смывавшие с лица планеты целые прибрежные города, спящие до сих пор вулканы, вдруг одновременно активировавшись по всему миру, сжигали раскаленной лавой огромные поселения, а неконтролируемо выходящие из-под земли спектральные полосы выкидывали в неизвестность сотни тысяч людей, неся с собой все новые катаклизмы — ураганы, смерчи и многочисленные ледяные грады.

Нат очумело затряс головой и его мысли тут же снова вернулись к встрече с Радосом. Ему с большим трудом удалось убедить сенатора пойти на новую сделку с Киром, потребовав у того взамен на дочь — Тита. Реакция профессора, когда тот узнал об этом была просто бесценна:

— Да как вы смеете предлагать мне такой обмен? — бушевал он, весь покрываясь пятнами негодования и тяжело дыша от ярости — Мы искали в вашем мире преступников, а вы взяли в плен верноподданную Вселенной № 1, да еще и Легионера Фемиды! По законам Коалиции Разумных Вселенных вы теперь…

— Здесь не действуют ваши законы, ибо мы не входим в ваш союз — в очередной раз грубо напомнил ему уважаемый всеми старец, многозначительно приподнимая одну седую бровь, следом за которой непроизвольно поползла и вторая — Да и насколько я понимаю, скоро и он существовать перестанет, видь исчезнут и все прочие реальности, оставив вас в вашей коалиции в гордом одиночестве! И вообще — не вам говорить о преступлениях. Короче, это единственное и последнее предложение, что я готов предоставить. Настоятельно рекомендую с ним согласиться, — эти слова он произнес уже с нескрываемым акцентом на необходимость — а иначе ваша дочь навсегда останется здесь и погибнет вместе с нашим умирающим миром.