– Патроны что ли кончились? – закричал Василий, вылупив на меня глаза. – Стреляй дальше! Добивать надо!

– Не надо! – спокойно ответил я. – Видишь, лежат не шевелятся! Явно уже не рады, что пришли сюда. Следи лучше дальше за своей половиной! И если что, меня зови, раз все свои патроны за одну очередь просрал!

Теоретически я мог поделиться с Васей патронами, но был уверен, сколько ему ни дай, он их так же бездарно растратит. В ситуации, когда боеприпасы следовало беречь, более правильным было оставить их у себя, а все усилия напарника направить на выглядывание врага.

– Добивать надо гадов! – злобно прошипел Василий.

Я проигнорировал это замечание, о чём пожалел сразу же.

Тот из противников, что упал первым, резко вскочил, и в темноте я смог различить, как он взмахнул рукой, словно что-то бросил в нашу сторону. Гадать, что это было, не стоило, так как вариантов было не много. Точнее – один. Внутри меня всё похолодело. В ту же секунду о самый край балкона что-то ударилось и отлетело назад во двор. Почти сразу же раздался взрыв. Осколки попали в балкон и стену, но нас не задело. Каких-то десяти сантиметров не хватило гранате, чтобы перелететь через балкон и рвануть за нашими спинами. Я, не раздумывая, выпустил очередь в бросившего гранату. Неприятель задёргался и упал.

– Второго добей! – опять зашипел Вася.

Вариантов не было, как мне ни было неприятно, я понимал: второй раз с не долетевшей гранатой может и не повезти. Живой враг под балконом представлял реальную опасность. Я постарался получше приглядеться к лежащему на земле мужику и прицелиться максимально точно. Палец лежал на спусковом крючке, но что-то не давало мне нажать на него. Через несколько секунд раздумий о моём праве забрать жизнь у этого бедолаги и успокоения себя тем, что это самооборона, палец потихоньку начал давить на холодный металл спускового крючка. В этот момент, лежавший на газоне пошевелился. Почему-то вместо того, чтобы быстрее выстрелить, я, наоборот, повременил. Мужик внизу разворачивался на земле, а как только он это сделал, сразу же стал быстро уползать туда, откуда они с товарищем пришли.

Я не выстрелил. Выслушал возмущение Василия, послал его подальше и велел смотреть в оба. Сам же вспомнил, что собирался взять себе хоть какой-нибудь квест, так как после установления дружеских отношений с Железняком и зачёта соответствующего задания, у меня освободился один слот. Ни на секунду не забывая, как мне необходимы очки развития, я всё ждал момента, чтобы вызвать Систему и взять новый квест.

В свете начавшейся бойни, имело смысл брать задание на убийство врага, но мне такое дело претило. Во-первых, просто было неприятно: одно дело убить кого-то в целях самообороны, другое дело превратить это практически в охоту. А, во-вторых, я боялся, что Система примет это как знак и начнёт делать упор на такие задания при выдаче внеочередных системных квестов. И мне очень этого не хотелось.

Мужик внизу, тем временем, уполз туда, откуда прибыл, и хоть меня мучила совесть, намекая, что там он может что-либо вытворить, я изо всех сил пытался убедить себя, что это был обычный парнишка, которому с избытком хватило адреналина, и он теперь просто уползал подальше от этого дома.

И я занялся квестами. Вызванный список ничем новым не порадовал. Всё было, как и в прошлый раз, за исключением того, что в перечне квестов на репутацию вместо примирения с Железняком за двадцать очков характеристик снова стояло задание: «Вступить в отношения с Анастасией Котовой». Впрочем, к оригинальному юмору искина я уже привык, и заполнил пустующий слот квестом «Выдержать осаду форта без больших потерь в живой силе». К сожалению, шансы выполнить это задание были не велики, логичнее смотрелось «Убить пятерых противников во время обороны форта», но я решил не отступать от принципов и верить в лучшее.

Едва я принял квест и закрыл окно интерфейса, дом тряхнуло так, что я еле устоял на ногах.

— Не трать все сразу и на двор смотри внимательно! — я отсоединил свой магазин, в котором было не менее половины патронов, и передал его Василию. — А я пойду внизу помогу!

Быстро сбежал по лестнице на первый этаж, на ходу установив запасной рожок. В гостиной практически бушевал пожар, который старались потушить всеми доступными средствами, В комнате почти не осталось ничего целого, она была полностью разрушена.

— Что тут было? — спросил я у командующего тушением Тимура.

— С гранатомёта долбанули, а потом сразу ещё и зажигательным! Выкурить нас хотят твари! – ответил специалист по выживанию.

– Тут люди были?

– Везде люди! Кто тут был, сейчас в подвале. Кореша твоего контузило сильно.

Шаланов продолжил раздавать команды, а я бросился в подвал.

Колян лежал без сознания. Рядом с ним находилась Катя.

– Сильно его? — нехорошее чувство давило на меня, но я пытался его отгонять.

— Сильно. Сознание потерял. Теперь пока в себя не придёт, ничего не понятно. Ну или пока в больницу не отвезём. Граната прямо возле него рванула, в нескольких метрах. Он за колонной стоял. Осколками не зацепило, тут повезло. Но ты же сам слышал, какой грохот был. Контузия аж с потерей сознания, — Катя вздохнула и сочувствующе посмотрела на Коляна.

– Грохот слышал, – подтвердил я. — А Соломоныч где?

— Не знаю, но раз его в подвале, среди раненых нет, то либо живой, либо… — Катя замолчала, потому что договаривать смысла не было, все итак понимали, какое «либо» могло быть вторым.