Жо покаянно кивнул. И, правда, двигался, словно в ноги свинца налили. А мозги и того хуже, — скрипели как ржавые шестерни.

– Хорошо горят, — с удовлетворением сказал Квазимодо, глядя в подзорную трубу. Сократили мы непобедимый флот Редро на десять процентов. Жаль, не на двадцать.

– Ты еще то корыто учти, что на верфи спалил, — мрачно напомнила Катрин.

– Да, — одноглазый шкипер ухмыльнулся, — хорошо, что меня больше одного раза убить не могут.

– Не каркай, — оборвала предводительница. — Готовьтесь. Что еще интересного мы им можем предложить?

– Собственно, — ничего, — сказал Квазимодо и принялся щелкать взводным механизмом эвфитона. — Сюрпризов не осталось. Можем им предложить наше северное ослиное упрямство. Они здесь об ослах только понаслышке знают. Ворованных мулов за чудо держат. Нет, нищий народец.

– Может, они отвернут? — неуверенно предположил Вини-Пух. — Мы и второй корабль здорово повредили.

– Отвернут? — Квазимодо засмеялся. — После такой обиды? Даже если бы мы сейчас ушли, они бы нас до Глора преследовали, а то и дальше. Вы их плохо знаете. Я же говорю, — темный народец, зато цепкий как клещ.

– Ну и нечего тогда болтать, — буркнула Катрин. — Жо, что у нас с "коктейлем"? На следующий заход не хватит?

– Разве что поросенка опалить, — мальчик ткнул пальцем в горшок, на дне которого осталось масло, не поместившееся в основной зажигательный снаряд.

– Все равно приготовь, — приказала Катрин. — Они теперь наших бомб больше чем арбалетов боятся.

– Плывут, — хрипло сообщил Хенк, и, приподняв шлем, поскреб бороду. — Знал бы, я что на море столько кораблей, никогда бы в эту паршивую соленость не сунулся.

Из-за скалы показался "Овечий хвост". Утративший часть весел драккар двигался заметно медленнее.

– Храбрость-то подрастеряли, — отметил Вини-Пух. Бывший охранник старался держаться молодцом и подвязывал к поясу второй мешочек с "болтами".

– За милордом своим ныряли, — ухмыльнулся Квазимодо, любовно протирая огромную стрелу эвфитона.

– Ихний король плавать не умел? — удивился Сиге.

– Может и умел, — шкипер покосился на Катрин. — Только он всему разом разучился, — и плавать, и дышать, и "драконами" командовать. В пути к предкам все те достоинства без особой надобности.

– Как?! — изумился Вини-Пух. — Он же только по носу получил? От того и помер?

– Он очень точно получил, — пояснил Жо, придвигая стрелы ближе к эвфитону.

– Леди, вы действительно его ладонью наповал убили? — в изумлении спросил Хенк.

– Парни, я вам потом подробно покажу, — буркнула Катрин, пытающаяся обслюнявленным пальцем превратить бесформенные потеки под глазами в подобие боевой раскраски. — Сейчас не время фокусам учиться. Ква, я полагаю, не стоит противнику позволять подпаленное подкрепление из воды поднимать?

– Вы, миледи, как всегда мои мысли читаете, — согласился одноглазый артиллерист, пригибаясь к орудию...

"Серебро" пылал. Огонь уже охватил среднюю и кормовую часть драккара. Вокруг, в волнах, мелькали головы островитян. Вот еще одна фигура, взмахивая пылающим рукавом, неловко перевалилась за борт. С подошедшего "Овечьего хвоста" плавающим собратьям начали протягивать весла и бросать веревки. И тогда к кораблям ушла первая стрела-карро...

...Квазимодо быстро-быстро работал рычагом. Щелкали шестерни, взводя металлические дуги-плечи. Жо, стараясь действовать ловчее, вкладывал в желоб следующую стрелу. Короткий звонкий удар, и снова щелкает рычаг, взводя разящий механизм. Эвфитон бил часто — Жо было некогда отвлекаться, — начали уже вторую связку стрел. Судя по одобрительным возгласам Хенка и Вини, результат был...

...Обстрела "Овечий хвост" не выдержал. Уже вторая карро сбила обратно в воду только что выуженного обожженного моряка, при этом еще и накрепко пришпилив беднягу к одному из спасителей. Эти двое островитян мгновенно исчезли в волнах. Следующая стрела размозжила локоть гребцу, насквозь прошила борт "Овечьего хвоста" и угадила в пылающий "Серебро", взбив целый вихрь искр. "Овечий хвост" поспешно шарахнулся от погибающего собрата. Кого-то успели поднять на веревке, кто-то, обожженный и ослабевший, не удержался и выпустил протянутую лопасть весла. Оставив на воде у горящих бортов "Серебра", не менее десятка бултыхающихся островитян, "Овечий хвост" работая всеми уцелевшими веслами, устремился к злобному пришельцу — мстить, терзать, рубить в куски плюющуюся смертью гадину...

– Хватит, — пробормотал Квазимодо, поднимая голову от эвфитона. — Попрятались гады. Что наугад бить?

До летящего на всех веслах драккара оставалось метров тридцать. Высокий нос служил пиратам защитой, и кроме этого носа, обвязанной старыми овчинами, артиллеристам "Квадро" ничего не было видно.

– Стреляй, Ква! — рявкнула Катрин. — Нечего экономить.

– Эх, — одноглазый шкипер дернул спуск...

Драккар, отчетливо напоминающий черного морского змея приближался. Послышался нарастающий вой невидимых пиратов. Последняя стрела эвфитона почти в упор пронзив борт драккара, оборвала этот грозный вой. Раздались вопли боли и в следующее мгновение "Овечий хвост" врезался в пришельца...