Молодцы физики, если честно. Котозомби меня не вдохновляют нисколечко. Честно говоря, мне кажется, что Шредингеру это живодерство домашний пудель во сне на ухо нашептывал. А давай, хозяин, мысленный эксперимент поставим. Засунем шерстяную скотину в ящик! И склянку туда с цианидом. Да и зачем тебе радиоактивный распад, ящик я и сам встряхнуть могу!

Но ладно там коты. Коты — это на публику. Попробуйте применить набор постулатов, например, к цепочке вероятностей достаточно сложных событий.

Я вот попробовал.

Оглядываюсь — а вокруг двадцать второй год.

Только что же девятнадцатый был!

Нет, мой аватар — Корабельщик — что-то там во внешней среде вытворял все это время. И даже успешно, раз его не грохнули. Если поднять лог-файлы, то можно восстановить, как и я сам во всем этом участвовал. Вроде как шел домой, разговаривая с кем-то по телефону: не споткнулся, не врезался в прохожего, покупки не разронял. Но вниманием пребывал на том конце радиолинии.

На том конце радиолинии холодный Анадырь. Край света, за каким-то чертом запонадобившийся Корабельщику. Ведь не всерьез же он говорил о мосту через Берингов пролив! Да и еще в возмутительной кооперации с Крымско-белогвардейскими мостостроителями.

Нет, сам-то мост чертов пришелец, вполне возможно, и выстроит. Но кому по нему ездить? Туда же тысячи и тысячи километров по тайге страшнее Транссиба! А главное: зачем такой мост американцам? Им от индустриального Чикаго до Анкориджа и Нома надо строить железку на половину земного шара. Даже Юконское золото, помнится, не сподвигло джентльменов на подобный риск. А тут ради какой выгоды устилать вечную мерзлоту миллиардами долларов?

Но людям, собравшимся в каком-то никому неизвестном подвале — вот уже три года они встречаются всякий раз в новом помещении, сегодня встреча даже и не в Москве — отсутствие Корабельщика на руку. Сегодня, получив от радиста подтверждение, что неугомонный наркоминф именно в Анадыре, люди сошлись в темном низком сводчатом подвале, где некогда купцы запирали под замок винные бочки.

На пустых бочках и расселись, подстелив от пыли у кого что нашлось.

— Итак, насколько мы продвинулись в главном?

Голос мужской, хриплый, искаженный нарочно повязанным платком. Сведения о черных зеркальцах, умеющих запомнить сказанное и потом воспроизвести, разошлись понемногу. Положим, не по всей стране. Однако, среди заинтересованных лиц информация собирается.

— Нам удалось установить лишь то, что Крот в самом деле владеет громадным запасом знаний. В частности, по биологии. Лекарства, медицинские приборы, да вот хотя бы тот же аппарат Илизарова. Мне с его помощью лечили раненую под Царицыным ногу. Оперировали здесь, в Киеве. Все срослось с первого же раза верно, и ходить я начал уже через месяц, а не через полгода, как обещали другие.

— Но испанку ему сдержать все-таки не удалось.

— Так здесь не от вакцины больше зависит, а от возможности эту вакцину вовремя и в больших объемах распространить по всей Республике. Опять же, в войну не до прививок. Вы же знаете, что при холерных бунтах именно докторов убивают в первую голову! Народ у нас пока что темный. Господь бог ничего бы не сделал, не то, что Крот. Сколько народу спасла эта его вакцина, я не могу подсчитать даже приблизительно.

— Вы как будто его защищаете, — долетела из пыльной темноты явная насмешка. — Вы не забыли, для чего мы вообще тут собираемся?

— А вы не забыли, что у нас в любом случае будет всего единственная попытка? Это вам не губернатора стрелять руками экзальтированной барышни.

— Перестаньте, товарищи. Вы правы и неправы одновременно. Всякие там вакцины и э-э… Другие вещи… Важны, конечно. Но идея социализма важнее! И потому мы не имеем права дольше тянуть. К возвращению Крота из Анадыря нам следует иметь четкую позицию. Что у нас на внешнем фронте?

— Англия обещала нам помощь.

— Надеюсь не так, чтобы мы выступили и раскрылись, а джентльмены потом тиснули в газетах три-четыре благожелательные статейки? Помните, как они помогли белым в Закавказской СФСР?

— Да уж… Помогли.

— Какой болван там додумался плюнуть на пол?!

— Виноват.

— Вот вы и проследите, чтобы все следы исчезли.

— Слушаюсь.

— К делу. Позиция Франции?

— Во Франции, с подачи джентльменов, набирают силу фашисты. Даже нацисты.

— Поясните, в чем разница?

— Нацисты превозносят лишь единственно свою нацию, и все проблемы, все нехватки чего бы то ни было, предлагают решить за счет грабежа других наций. Простое решение, очень приятное для простых людей. Все понятно, никаких заумных экономических теорий. Отнять у соседей и разделить на всех.