Кто-то хмыкнул, наверняка подумав, что и коммунисты начинали с простого: отнять у богатых и разделить на бедных; да ведь и не изменилась политика. Просто коммунисты раскулачивают богатеев, не разделяя их по нациям.

Оратор отфыркался от лезущей в рот и нос пыли, продолжил:

— Фашисты, не упирая особо на грабеж соседей, тем самым и не настраивая их против себя, провозглашают единое корпоративное государство. Хорошо начали они в Италии. Но там, если помните, на удивление вовремя произошел взрыв, убравший сразу всю верхушку, все сливки фашистской партии. Перспективной молодежи осталась дорога разве что в социалисты, в те же нацисты, или вот в Коминтерн…

Взрыв, подумал человек у самого входа. Наверняка, взрыв устроил Крот. Все так же недоказуемо, как и в случае с Троцким или Тухачевским. Какие-то «бешеные» или «непримиримые» арабы, как они там называются? «Фидайины», «абреки», как-то еще. Брошенная кем-то якобы в пространство подсказка. Затем оставленная возможность украсть взрывчатку. В портовом кабачке один-два грамотных сапера как бы случайно поделятся правилами ее закладки…

Почти год итальянцы искали на востоке связи Кемаля Ататюрка с неизвестным Гамалем. Восток — вотчина французов, а у тех с итальянцами общая граница в районе Ниццы и Савойи. Соответственно, есть и приграничные инциденты, и земельные споры. Французы не допустили итальянскую разведку — и без того не хватающую звезд с неба — в свою песочницу. Кроме того, на южном берегу Каспийского Моря так и не умерла Гилянская Советская Республика. В Гиляни вполне свободно работают как чекисты, так и зарождающаяся военная разведка, «мальчики Фрунзе». Тут не до поиска неведомо кого, тут надо спасать Персию с Ираном от потопа голубых книжечек «мужицкого князя Кропоткина».

Кропоткина, кстати, все тот же Крот в позапрошлом году вылечил от воспаления легких. Не своими руками, понятно: докторам порошков отсыпал. Так что великий теоретик анархизма жив, хоть и не настолько здоров, чтобы кататься по Парижам. Зато в Приазовской Махновской Республике, как ее теперь все называют, пользуется авторитетом неимоверным.

Так вот, взрыв — мысль неплохая. Но как его устроить? Самое главное: сколько надо взрывчатки на обычного человека, известно. Достаточно небольшой тротиловой или даже динамитовой шашки. А сколько нужно взрывчатки на инопланетного пришельца, кто может сказать?

Отспорив о разнице между нацистами, фашистами, обычными буржуазными демократами, собравшиеся вернулись к теме:

— … Я лично посещал Швейцарию. Большая удача для нас, что господин Эйнштейн так и не принял предложения англичан. Впрочем, в Германскую Республику он тоже не переехал.

— И что же?

— Изучив привезенные мною документы, физик ответил, что современной науке они не противоречат ни в чем. То есть, неизвестно, можно ли доказать межпланетное путешествие Крота. Но его совершенно точно невозможно опровергнуть. Более того, Эйнштейн отметил: некоторые моменты, рассказанные Кротом нашим физикам, не могут быть выдуманы. Из чистой теории такое не выводится. Описанные эффекты наводят на мысль если не о практическом применении «Теории относительности» господина Эйнштейна, то, по крайней мере, о большой серии натурных экспериментов на межзвездных расстояниях.

— Даже так!

— Именно, товарищи. Вот почему я все эти годы не тороплю события. Кто знает, что мы разбудим своей попыткой, и какие из сего проистекут последствия. Царизм и белая интервенция угрожали нам всего лишь пулей и саблей, пушкой и блокадой.

— А что с группой наблюдения за самим Кротом? Удалось ли подвести к нему… Кого-нибудь?

— Увы. Увы. Близко не подошел никто. Но группа наблюдения отметила странный и пугающий эффект. В присутствии Крота изменяется сама реальность.

— Простите?

Довольно долго в подвале слышалось только сопение ответственного за наблюдение человека и осторожное шоркание подошв, когда собравшиеся переменяли позы. Наконец, зазвучал неровный, сбивающийся голос:

— Понимаете… Обычно наши люди живут и вполне успешно действуют по собственному выбору. А когда им приходится пересекаться с Кротом… Реалистичность событий как бы «плывет». Мои агенты описывают это, как попадание в сказку. Где строят мост за одну ночь, да не из политического расчета либо военной необходимости, а, якобы, по желанию девушки. Где может существовать вакцина от испанки, и даже успешно применяться. Хотя бы в тех областях, куда вакцину смогли доставить, и где люди не отстреливались от прививок. Выжить в присутствии Крота можно, лишь если самому относиться ко всему, именно как к сказке.

— Иначе?

— Иначе неизбежно помрачнение в уме. Всего страшнее выходить из сказки, возвращаться в наш мир, выглядящий вдвойне противнее. Скажу не хвастаясь, мои люди отобраны как положено, крови не боятся. Но даже среди них произошло два показательных случая. Один агент ушел в монастырь.

— В «Красный»?

— Нет. В обыкновенный.

— Причины?

— Я не смог с ним поговорить. Схимой себе он избрал молчание.

Закряхтев и завозившись, поднявши пыльную волну, пробасил некто из середины:

— Вот этого я тоже не понимаю. Объединяться надо. Прежде всего, идеологически. А вера не запрещена. Коммунисты детей крестят — это что вообще такое? Это как вообще?

— Подождите пыхтеть. Что со вторым агентом?

— Поджег свой Волков, на обгорелый столб посреди пожарища приколотил вполне красивую акварель «Голубые города» и пустил себе пулю в голову. А ведь не барышня-институтка, красный командир. Думенко хвалил его, Буденный лично наган вручал. Тот самый, из которого мой человек застрелился.