Далее я сделала его управляющим своего автосалона. Он перетянул в «Питер» из Москвы часть своих людей и под прикрытием продаж автомобилей стал развивать свою преступную деятельность в двух столичных регионах. Как, надеюсь, понимаешь, «Барон», оставаясь в тени, именно я управляла всеми финансовыми аферами и руководила преступными молодчиками. Мне не составило труда влюбить в себя даже такого отъявленного злодея, каким был Туркаев. Он сделался послушным, как теленок. Но я уже сказала, мне нужно было не это.

И вот, в один прекрасный момент, в нашем магазине появился человек, который действительно мог удовлетворить все мои амбиции. Он пришел, как рядовой покупатель авто, и ловко попал в расставленные мною - именно для такого человека - сети. Без труда просчитав, что он из себя представляет – долгое время оказания, определенного рода, услуг, научило разбираться в людях – я совершено спокойно «похитила его сердце». Поскольку он был женат и являлся, довольно значимой фигурой «Питерских» секретных спецслужб, наши с ним встречи происходили тайно.

Вот на таких рандеву мы и придумали, что было бы неплохо организовать подобную операцию. Имея неограниченное влияние, он смог убедить кого нужно, что неплохо бы организовать замену находящихся в России долларов на новые. Как тебе не покажется странным, но убедить Российских олигархов собрать все свои сбережения в одну общую кучу, отправить их в Америку, а взамен возвратить новенькие хрустящие купюры, большого труда не составило. Конечно находившиеся у них деньги были потрепаны, но не до такой степени, что требовалась непременная их замена. Сыграли на их жадности, ведь алчному человеку всегда приятней хранить у себя аккуратно уложенные и опечатанные стопочки новеньких денег, чем скрученные в трубочку и перетянутые резинкой, сложенные в мешки видавшие виды купюры. С американцами еще проще, те готовы на любые провокации, лишь бы их печатный станок не простаивал.

С подвигнуть на это дело Туркаева было совершенно не сложно, и координируя через меня его действия, мой новый знакомый и разработал план всей операции. Он оказался прост «до безобразия». Под моим - не гласным - предводительством, русские и американские преступники похищают деньги, а мы потом легко забираем их у них. Для этого требовалось только напоить их, и внезапной атакой сорока спецназовцев всех перебить. Для этого и было организованно торжество, в котором тебе невольно пришлось поучаствовать – правда только в качестве зрителя. Официально доллары похитили бандиты, и нашего следа в этом деле никто не найдет. Как я уже сказала финансы для меня не главное, но с их помощью мой покровитель сможет организовать мне совсем иное будущее.

На этой торжественной ноте Ветрова закончила свою исповедь, и совершенно довольная открывающимися пред ней перспективами поднялась, собираясь уходить. Было совершенно понятно, что ей доставило большое удовольствие рассказать, как она смогла так круто поменять свою жизнь, пройдясь по многочисленным трупам. Но была еще одна голова, прочно державшаяся на плечах, в которой рождались нестандартные мысли. Было безусловно, что она не давала Екатерине покоя, пока в ней функционирует мозг, поэтому уходя, она на прощанье «бросила»:

– Помолись, Бестужев, сейчас придут тебя убивать.

С этими словами, она своей бесподобной походкой направилась к выходу из ангара.

– Стерва! – только и нашелся, что я крикнуть ей вслед.

У самого выхода она обернулась, и бесподобно улыбнувшись промолвила:

– Я знаю.

«Растворяясь» в темноте, словно мрачный Ангел – предвестник смерти, Ветрова Екатерина Сергеевна постепенно скрылась из виду.

Глава XXXI. Удивительная встреча

К моменту окончания нашей такой познавательной - для меня - беседы, денег в ангаре уже не было, и когда Екатерина Сергеевна покинула помещение, я остался в нем один. Я отчетливо понимал, что Ветрова пошла давать указания своему покровителю о том, что пришла пора забрать у меня нечто драгоценное, что ценится больше всего на свете – это жизнь. Не нужно долго объяснять, что такое положение вещей меня совершенно не устраивало, но предпринять что-либо реально я бы не смог. Если вспомнить, мои руки были пристегнуты наручниками к боковым поручням кресла, а ноги надежно привязаны к ножкам.

Я прекрасно понимал, что активно противостоять вооруженным спецназовцам у меня не было совершенно никаких шансов, но отдавать свою жизнь «за бесценок» мне не хотелось, ведь всегда лучше умереть в бою, чем быть позорно расстрелянным – привязанным к креслу. Поэтому я решился на крайние меры. Для этого мне пришлось пожертвовать своими руками.

Для начала я, резким движением ударив по металлическому поручню кресла, выбил из сустава большой палец на правой руке. После этого, превозмогая боль – пусть с трудом, но вытащил палец из наручника. С левой рукой, я поступил точно таким же образом. Распутать ноги, особого труда не составило. Теперь я мог оказать хоть какое-то сопротивление и умереть не совсем бесславно – это в том случае если придется столкнуться с противником, но была еще возможность попытаться скрыться. Именно этой возможностью я и рассчитывал воспользоваться, когда освобождал от пут последнюю ногу.

Очевидно Судьба и Господь Бог посчитали по другому, так как сделать мне это не посчастливилось. В тот момент, когда я уже собирался встать со своего места, я понял, что сделать этого не смогу, на столько у меня затекли мышцы. Мне требовалось какое-то время, чтобы дать возможность крови «разогнаться» по сосудам. Я стал активно проводить всевозможные движения, пытаясь размять себе ноги.

В тот момент, когда я уже собирался подняться, чтобы попробовать идти, в ангар зашли трое спецназовцев, несомненно собиравшиеся показать мне комедию - из серии шоу в масках. Застав меня за таким нескромным – по их мнению – занятием они не сговариваясь стали вскидывать оружие – автоматы Калашникова – по направлению в мою сторону, несомненно собираясь выбить из моей головы все бредовые мысли о том, чтобы возвратить себе свободу.