Тоска с костями сгложет.

И человек глядит кругом:

Она в момент ухода

Все выворотила вверх дном

Из ящиков комода.

Он бродит и до темноты

Укладывает в ящик

Раскиданные лоскуты

И выкройки образчик.

И, наколовшись об шитье

С не вынутой иголкой,

Внезапно видит всю ее

И плачет втихомолку».

Дослушав последние строки, Рома почувствовал, как по его щеке скатилась слеза. Он улыбнулся.

— Ты отомстила мне, Линда. Раунд.

Мы

— Лиль, зайди ко мне.

— Иду, Юр.

Теперь мы общались не так часто и больше по делу, но всё же каждый день.

Юра стал руководителем отдела из двадцати человек и моим непосредственным начальником. Его дела пошли в гору: за последний год он купил себе новую машину, а вместо однушки — трешку. Неделю назад ему даже бывшая жена звонила. Ничего особенного, просто спросить «как дела», но я ведь знала. К счастью, Юра не захотел поддерживать с ней светскую беседу и быстро окончил разговор. Я радовалась этому: почему-то было важно, чтобы Юру не использовали, не причинили боль вновь.

— Привет, — я вошла в кабинет и остановилась на пороге: я всегда так делала, пытаясь сохранять субординацию, меньше всего я хотела строить из себя его приближенную (хотя это так и было), именно за это он меня ценил.

— Привет. Кофе будешь? — Юра встал с кресла и подошел к кофемашине.

— Нет, только чай выпила.

— Ладно, тогда подай мне, плиз, чашку.

Я взяла чашку и подошла к Юре.

— Спасибо, — он посмотрел на меня и улыбнулся. Мы стояли плечом к плечу, и я сделала шаг назад, чтобы не касаться его.

— От тебя несет перегаром уже второй день подряд, а сегодня вторник. Не часто ли?

Юра повернулся ко мне и положил руки на мои плечи. Он смотрел мне в глаза, а потом резко наклонился ко мне, словно поцеловать хотел. Я отшатнулась назад, и он рассмеялся.

— Ты такая предсказуемая, — сказал он и потрепал меня по макушке, — не думай о том, что я пью. Проблемы нет. Твой Хулиганский тоже пьет.

— И смотри, что с ним стало, — возразила я, — во-первых, он уже не пьет, потому что угробил здоровье, во-вторых, его популярность снова падает. Друзья, которых раньше он поднимал, получают за свои ролики больше просмотров, чем он. Если раньше им за счастье было, чтобы он появился на их канале, то теперь они такие ехидные по отношению к нему, такие высокомерные, хотя именно Рома сделал их популярными.

Юра молчал и смотрел в окно. Он выглядел недовольным.

— Что? — спросила я.

Наконец, он повернулся и посмотрел на меня. Смотрел долго, внимательно, с какой-то такой пронзительной улыбкой, что у меня всколыхнулось что-то в районе солнечного сплетения.

— Забавно, что даже тогда, когда мы говорим якобы о моих проблемах, ты всё равно переводишь тему на Рому. Не замечала?

— Я не виновата, что вы с ним похожи, — ляпнула я, не подумав.

— Вот как? — улыбка Юры стала еще более дерзкой. Я впервые видела его таким. Несмотря на его высокую должность и возросший материальный статус, он оставался всё тем же: простым, неряшливым, по-мужски беспомощным в бытовых вопросах, легкомысленным в вопросах своего здоровья. И вот теперь он смотрел на меня таким обжигающим взглядом, и я чувствовала, как между нами пролетают искры.

— Ну, — я смущенно опустила глаза, — вы всегда были похожи. А теперь еще и алкоголь.

— Лиля, — сказал Юра совсем не своим голосом, и мне окончательно стало не по себе.

— Мне пора, — сказала я, вставая, — и так на меня косо смотрят из-за того, что мы дружим. Я возьмусь за твое здоровье, а то совсем уже распустился.

Я пыталась шутить, но Юра был всё таким же загадочным.

— Иди-иди, — сказал он, — а я пока посмотрю обзор Рома на какую-нибудь выпивку.

Я рассмеялась и вышла из кабинета.

Вечером я смотрела новый обзор еды на канале Рома. В последнее время он был более спокойный, еще более мудрый и вообще какой-то грустный. Мне казалось, что ему, наконец, надоело быть клоуном, блогером для школьников. Он мог сделать гораздо больше, но не хотел. Его окружение не уважало Рому должным образом. Хотя, как по мне, он заслуживал всяческой похвалы. Он всегда был искренним и сам же из-за этого подвергался травле. Но нет, он не выглядел несчастным, просто немного разочарованным и уставшим, хотя его ролики по-прежнему были наполнены юмором, сарказмом и самоиронией.

А судя по комментариям под каждым его видео, подписчики вообще не замечали никаких перемен. Наверное, дело было во мне: уже более трех лет я была им одержима и не могла быть объективной. Я допускала, что могу ошибаться в своих суждениях, и Рома бы меня за это похвалил: он был толерантен к чужому мнению и отстаивал право высказывать свое. Юра был в этом на него похож.

В последнее время я часто ловила себя на мысли, что сравниваю Рому и Юру. Меня эта мысль пугала. Я настолько уже привыкла к своей несбыточной любви, к тому, что обречена на одиночество, что реальный Юра, с таким обжигающим взглядом, был совсем некстати.