Это дерьмо было похоже на боевик. Только в этот раз я не уверена, закончится ли все хэппи-эндом, потому что жизнь не такая, к сожалению.

Декс долго смотрел на меня, потом покачал головой и, понизив голос сказал:

— Нет, нет. Не беспокойся об этом. Им не нужны твои деньги.

Я почти спросила, чего же им, на хрен, нужно и кто же «они» такие. Но мой инстинкт выживания подсказал, что сейчас было не время для вопросов, поэтому я придержала их на потом и кивнула ему.

— Детка, ты можешь идти собираться. У тебя есть какие-то поручения или незавершенные дела, которые нужно доделать, прежде чем ты отправишься в салон? — спросил он меня тем же мягким тоном.

У меня их не было, но видимо, он не хотел, чтобы я находилась в доме, когда объявятся другие ребята из ВМК. Но если это поможет Сонни, тогда я перееду назад в Форт-Лодердейл или в Венесуэлу, если это то, чего он хочет.

— Да, мне нужно закончить пару вещей. — Хотя я не знаю каких.

Опустив голову, он посмотрел на меня через свои длинные темные ресницы.

— Хорошо. Я уже поговорил с Блейком. Он откроет салон вместе с тобой вместо меня, но вбей мой номер в свой мобильный. Так ты сможешь мне позвонить, если я тебе понадоблюсь, — он уставился на меня этим «конкретным» взглядом и успокаивающим тоном произнес: — Не волнуйся о Сонни. Мы его найдем.

Мне хотелось верить ему, но это было так похоже на те слова, что мне сказал Сонни перед тем, как какие-то ублюдки его забрали и фиг знает, что с ним сделали.

***

— Детка.

Прекрати это.

— Детка.

О, Боже. Пожалуйста. Остановись.

Целый час я не могла уснуть и лежала, уставившись в потолок. Потом все-таки уснула. После дерьмового дня напряжение в моем теле, наконец-то, достигло костей, и я расслабилась. Я не могла прекратить думать о Сонни. Похищенном Сонни. Пропавшем Сонни. Возможно, раненном Сонни. Я не позволяла себе думать о том, что еще могло с ним произойти, но не это ли случается в фильмах и в реальной жизни? Пытки и другие вещи?

Я зарылась поглубже в подушку.

Весь день я волновалась. После того, как Декс нежно вышвырнул меня из дома, я поехала в торговый центр. В одиночестве посмотрела дневной сеанс в кинотеатре, чтобы убить время до работы и немного отвлечься от тяжести золотых рыбок, плавающих в моем желудке. Я не могла ничего четко вспомнить — ни кино, ни вещи, которые я рассматривала в магазинах, ни лиц посетителей, которым я помогала в «Пинз».

Блейк и Блу, скорее всего, знали о том, что произошло, потому что были еще милее со мной, чем обычно. Они дали мне личное пространство, не заваливая меня миллионом вопросов, на которые у меня не было ответов, но по очереди приходили посидеть со мной в тишине. Я пыталась несколько раз позвонить Дексу. Он ответил только на первый звонок, звуча неимоверно раздраженно, но пообещав перезвонить, как только что-то узнает. Но звонка не было, поэтому я звонила ему снова, но так никто и не ответил.

Хренов Сонни.

Чем больше я думала о том, что произошло, тем больше я выходила из себя. Он ведь знал, что они там были. Мужчины не врывались в дом и не похищали его. Сонни должен был выйти из долбаного дома и поехать с ними. О чем, на хрен, он думал? Очевидно, я не единственная идиотка.

Так я томилась весь день, думая о долбаном Сонни, каким придурком он был и причинах, по которым он был нужен тем людям.

Сонни не рассказал мне всего, что он натворил, когда я была рядом или когда он магическим образом исчез посреди ночи. Я понятия не имела, в какое дерьмо он вляпался. В основном потому, что между нами было слепое доверие. Никто из нас не привык расспрашивать другого.

Как только мы закрыли вечером салон, Блу спросила меня, не нужно ли мне чего-нибудь. Это прозвучало слишком мило, потому что она редко с кем-либо общалась, тем более со мной. Потом мы разошлись в разных направлениях. Мысль не возвращаться в дом Сонни даже не посещала мою голову. Я поехала прямо туда, снова приняла душ, заставила себя съесть остатки еды двухдневной давности, дважды проверила все замки и пошла в кровать. Кровать, в которой я ворочалась больше часа и все-таки уснула, отталкивая тот тоненький голосок, который предупреждал меня, что здесь был кто-то еще, о ком я заботилась и могла потерять.

А сейчас я быстро теряла эту сладкую передышку от реальности.

— Милая, проснись, — кто-то прошептал в темноте.

Кто-то?

Дерьмо!

Я заерзала в кровати, мое сердце вырывалось из груди. Я моргнула, прогоняя сон, ожидая увидеть одного из байкеров, или, не знаю, серийного убийцу, сидящего на кровати возле меня, накрыв мою руку своей и вырисовывая пальцами легкие круги на моей коже.

— Какого! — пропыхтела я, моргая в темноте, и увидела довольно знакомое лицо в дюймах от моего.

— Спокойно, Ритц, — пробормотал нежно Декс, продолжая большими пальцами вырисовывать круги.

Моя рука взлетела к груди возле сердца, успокаивая его.

— Иисус, ты напугал меня, — задыхаясь, произнесла я.

По правде, обычный Декс не улыбается, когда извиняется или веселится.

— Что ты здесь делаешь?

— Сплю.

Он вздохнул.

— Блейк не получил мое сообщение?

О чем он говорит? Я кивнула головой.

— Вставай, — приказал он. — Тебе нужно поговорить с братом прежде, чем мы уйдем.