— У меня не было ни денег, ни времени.

Он долго на меня смотрел, после чего кивнул.

— Да, теперь я это понимаю.

Когда он больше ничего не сказал, я попыталась придумать, о чем еще с ним можно поговорить. Расстояние между нами не было таким неприятным в «Пинз», но у него дома? Оно было неприятно. О, Боже, насколько. Я была благодарна ему за то, что он позволил мне остаться и сидеть в тишине, ну ладно, неловкой тишине, которая казалась неправильной.

— Мне нравится твой дом, — выплюнула я первую мысль, которая появилась в моей голове.

Он поднял глаза и обвел взглядом кухню, наклоняя подбородок вниз. Рот Декса вытянулся в жесткую линию.

— Мне тоже.

— Ты здесь долго живешь?

— В ноябре будет год, — ответил он.

Почему он делает все таким сложным? Я посмотрела на голые стены и чистые столешницы, прислушалась к цикадам снаружи, задумавшись о том, что он живет за пределами города.

— Я немного удивлена, что у тебя дом, а не квартира, как у Трипа. — Легкая дрожь прошлась по моему позвоночнику, когда я задумалась о состоянии его унитаза.

В стиле Декса было выдать абсолютно не то, чего ты ожидаешь.

— Ты была у Трипа?

Его тон понизился или мне померещилось? Один взгляд на жесткую линию его скул подсказал мне, что я это придумала.

— Однажды.

— Хах, — фыркнул он. Темно-синие глаза сузились на долю секунды, его пальцы застучали по столешнице, пока он не заговорил опять. — Я когда-то жил в том же комплексе, пока не купил это место. Блять, я его ненавидел.

— Правда?

Декс пожал плечом.

— Мне казалось, что я живу в улье. То место напоминало мне жизнь в ограниченном пространстве фургона, когда я был ребенком.

Когда он начал прочищать свое горло, я поняла, насколько воспоминания о жизни в трейлере заставляли его чувствовать себя некомфортно.

И тогда я вспомнила, что он рассказывал о том, как рос с отцом-пьяницей. Такой человек в ограниченном пространстве? Вот черт. С двумя сестрами? Где, черт его возьми, он должен был спать?

Кислота подкатила к горлу так быстро, что застала меня врасплох. Оказалось, что мне одной некомфортно.

— Мне приходилось делить комнату с моим младшим братом — двухъярусная кровать до девятнадцати лет. — Дом бабули был очень маленьким, но у меня был дом. Я сглотнула, тяжело вспоминая о сне на диване в квартире, после того, как мы продали второй дом, который я знала. — Так что я понимаю.

А затем, ничего. Тишина.

Лааадно. Я могу отпустить эту тему.

Я продолжила возиться с соусом для пасты, надеясь, что вкус не выйдет абсолютно пресным, поскольку у меня не было всех необходимых ингредиентов. Тем временем, Декс молча наблюдал, вставая лишь для того, чтобы взять бутылку пива из холодильника и спросить, не хочу ли я выпить.

Мы сели на противоположных концах кухонного бара. Декс с бутылкой пива, а я с бутылкой воды, которую он достал откуда-то из холодильника. Я не видела. Учитывая отсутствие необходимых пряностей и трав, еда вышла довольно-таки вкусной. Декс бормотал от удовольствия. Либо он был хорошим вруном, либо еда действительно вышла не такой плохой.

— Очень вкусно, детка, — наконец-то, пробормотал он, накрутив пасту на вилку и посмотрев на меня.

Я улыбнулась ему, все еще дожевывая. Когда я подняла на него взгляд, он все еще смотрел на меня.

Лааадно.

— На моем лице соус? — спросила я.

Он покачал головой, накручивая еще немного спагетти на вилку.

Я отпустила это, пока не поймала снова его взгляд на мне.

— Я не шучу, что-то на моем лице?

— Ничего.

Я посмотрела на него, сузив глаза, и продолжала следить за ним, пока он не сделал это снова.

О, Боженьки.

Я положила руку на середину лица.

— У меня сопли под носом или что?

Он долго на меня смотрел. Момент растянулся на световые годы и галактики. Время покрылось веками и, возможно, вечностью. Поколениями.

А затем Декс рассмеялся. И смеялся, смеялся, смеялся. Пробормотав что-то, что было подозрительно похоже на: «Ты на–хрен–тупейшая девчонка», — между приступами всхлипываний и взрыва смеха.

Скорее всего, у меня были сопли под носом, но этого я никогда не узнаю наверняка. Но этот человек смеялся.

И это того стоило.

Глава 18

— Это чертовски возмутительно!

О, Боже. Какого хрена, я решила работать в тату-салоне? В тату-салоне, находящимся рядом с автомастерской. В том самом салоне, которым владел президент байкерского клуба. Клуба, который владел баром, являющимся байкерам штаб-квартирой. И они враждовали с тупыми придурками, которые избивали невинных, ну, или почти невинных людей.

Куда делась моя спокойная жизнь?