А это было обидно, особенно учитывая, что большую часть жизни я провел тренируясь и оттачивая навыки владения телом.

— Любой ракта, — продолжил мастер, — даже ребенок владеющий техникой урджа-боя надерет тебе задницу. Придется поработать.

Я обрадовался. Ну, сейчас-то уж мастер научит меня этим крутым штукам и той потрясающей боевой технике. Но Сэдэо, видимо увидев, как я засиял, поспешил меня разочаровать:

— Рад, что ты проснулся, а теперь к занятиям. Садись, — урджа-мастер кивнул на лужайку.

Что? Опять медитация? Я обречённо вздохнул и уселся в позу лотоса, следуя примеру мастера.

Сэдэо тем временем подобрал серый камешек с чёрным пятнышком с земли и сказал:

— Ты должен его поймать, — и тут же бросил камень мне за спину.

Я не то, что поймать, я даже взглядом за траекторией полета не успел проследить. Я недоверчиво поглядел на мастера. Неужели издевается?

— Догнать летящий камень способен не каждый ракта, — объяснил Сэдэо. — На такое способен только марута-ракта, подчинивший стихию ветра, использующий силу воздуха. Например, как я заметил, Зунар Хал обладает таким даром. Не многие на такое способны, но к этому нужно стремиться. Пробуй.

Сэдэо протянул руку и камешек, тот же самый, с черным пятном, прилетел в его руку.

Такой фокус с появлением выкинутого камня я бы смог провернуть хоть сейчас, будь у меня два одинаковых камня. Но Сэдэо наверняка не фокусы показывал, он действительно вернул тот самый камень обратно. Но я уже не удивлялся. Телекинез — по сравнению с тем, что я видел во время стычки с Капи, пустяки.

Все утро я гонялся за камнем. Конечно, бег по утрам весьма полезен, и когда я еще был дома, регулярно заставлял себя хоть дважды в неделю выходить на пробежку. Но гоняться за камнем, как дрессированный пес за палкой, мне показалось занятием глупым и бесполезным.

Сэдэо много объяснял, как использовать шакти для ускорения, как распределять ее по мышцам и каналам, но у меня совершенно не получалось.

И когда урджа-мастер наконец сказал:

— Хорошо, на сегодня хватит. — Я выдохнул и с облегчением завалился на траву. Ну и загонял же меня мастер! Сил не осталось ни на что, а ведь сейчас только утро и еще целый день впереди. Причем весьма насыщенный новыми знакомствами день.

Взяв себя в руки и оторвав тело от земли, я потащился в дом. Холодный душ, нет, даже ледяной — вот, что мне сейчас нужно.

Но не успел я ступить и пары шагов, как мое внимание привлекла стройная фигурка Амали в обтягивающем цветастом костюме для тренировок. Она вытянулась на коврике в каком-то причудливом асане, эротично выгибая спину и вытягивая ногу к небу. И вся эта живописная картина так заворожила, что я остался стоять и бесстыдно пялиться.

Амали, будто почувствовав мой взгляд, повернулась, улыбнулась, кивнула приветствуя.

Я пойманный врасплох отвернулся и зашагал прочь, изобразив, что не увидел ее. При этом чувствуя себя весьма по-дурацки.

Мерзкие феромоны или что там со мной происходило. Ненавидел это чувство. Карлос бы сказал, что я втюрился, но я не верил в любовь с первого взгляда. Нет, я верил, что люди могут любить друг друга, но такие чувства проверяются временем, а вначале это всегда дело рук одного из самых древних инстинктов, отвечающих за продолжение рода.

И вообще я не понимал, почему люди так идеализируют сексуальное влечение к противоположному полу, придумывая всякие возвышенные и романтические глупости. Учёные давным-давно все объяснили. Именно химические реакции нашего организма заставляют вести себя как идиот и говорить как умственно отсталый с предметом вожделения. И гормоны же заставляют идеализировать объект влечения. Каждый раз, когда подобное накатывает, я вспоминаю об этом. Знание — сила.

Но одним знанием от этого не избавиться, поэтому я использовал всегда единственный проверенный и самый безотказный способ. Чтоб прекратить постоянно думать об особой и самой распрекрасной девушке, нужно с этой девушкой переспать. Иногда можно повторить несколько раз, чтоб наверняка. И тогда все проходит само собой: особенная девушка превращается в самую обычную, а затем и вовсе пропадет к ней интерес. И этот способ меня ни разу не подводил.

Но как быть в таком случае с Амали, я не представлял. Вряд ли Зунар оценит мой метод спасения.

А вот Лейла вполне себе может помочь отвлечься от этого наваждения. С такими мыслями я вернулся в дом, дошел до душа и врубил холодную воду. Под ледяными струями тело приходило в тонус. В голове прояснялось, и я смог переключиться на другую волну.

Сегодня меня ждет встреча с новоиспеченными родственниками. Предстоит много смотреть, изучать, анализировать. А ещё я радовался, что, наконец, вырвусь из этого дома, а так же надеялся, что в Сундаре у меня будет больше свободы, возможно даже удастся улизнуть и установить ретрансляторы, а может быть даже и попасть к исходной точке.