— Сколько я буду платить за аренду?

— Коммунальные услуги — свет, газ, вода и что там еще присылают — за мусор, — ответил мужчина.

— И всё??? Но… я не понимаю.

— Всё просто — продавать квартиру я не хочу. Но если жилье стоит пустое, оно, как бы яснее объяснить, становится нежилым, неживым. Потом, за ним нужно ухаживать — пыль вытирать, пол мыть, шторы стирать. Если ты согласишься, я буду в плюсе — и жильё не пустует, за ним ухаживают, и тратиться на оплату коммунальных услуг мне не надо.

Это было роскошное предложение. Лучше и мечтать нельзя.

Конечно, Мария согласилась, но настояла, чтобы договор аренды был заключен по всем правилам — нотариально.

Георгий не возражал, а Надежда Львовна, узнав, просто просияла.

Квартиру Маша посмотрела — очень хорошая, и ремонт качественный. Заезжай, и живи!

Но да, нет, ни стола, ни стула, не говоря уже о кровати.

Мелькнула мысль — позвонить бывшему, он же предлагал забрать мебель, но Мария отмела ее — нет, ничего из прошлой жизни ей не надо! Сама купит! Деньги у нее есть, справится!

Договор подписан, заверен у нотариуса, Егор вручил Маше её экземпляр и шесть ключей.

— Два замка, — пояснил он женщине. — Кроме тебя, ключей больше нет ни у кого.

Ещё раз удивил.

А потом, в клинике — удивил снова.

Она думала, что мужчина подождет в машине. Во всяком случае, Дима никогда её не сопровождал, если приезжали вместе, всегда ждал снаружи и страшно негодовал, если, по его мнению, жена слишком задерживалась.

А Гоша закрыл машину, предложил ей свою руку и повел внутрь клиники. Ни капли не смущаясь, довел до двери «Гинеколог», ни секунды не раздумывал, когда врач позвала его войти.

— Ну, папаша, будем знакомиться с наследником? — выглянула докторша в коридор.

Мария чуть с кушетки не упала, дернулась объяснить, что, нет, не папаша, не надо звать — посторонний и т. п. Как же ей неловко было перед Егором!

А он взял и вошел, не возразил, не поправил, мол, я — никто, с интересом уставился в монитор, где отражалась картинка ультразвукового исследования.

— Подходите ближе, — пригласила врач, улыбаясь. — Присядьте, мамочку за руку возьмите, а то она почему-то переполошилась. Вот, так! И смотрите.

И Георгий присел рядом, взял её за руку, успокаивающе улыбнулся и прилип взглядом к изображению.

— Вот головка, ручки, — объясняла врач. — Шебутной малыш, вертится весь.

— Ему не нравится ваше УЗИ, — подал голос мужчина. — Смотрите, когда вы ведете рукой, он, будто бы, ладошками отталкивает. Такая кроха!

Голос Егора дрогнул, он неосознанно сжал руку Марии, она перевела взгляд на него и зависла — восторженно-растерянный Егор пожирал глазами изображение ее малыша.

— Ты видишь? У него пальчики! — выдохнул мужчина. — Боже мой, я и представить не мог…

— Да, папаша, первое знакомство со своим ребенком всегда оставляет неизгладимое впечатление, а уж когда вы возьмете его на руки, прижмете к груди!

— Он не, — начала Мария, но Георгий еще раз сжал ее пальцы, коротко улыбнулся женщине и ответил врачу:

— Это потрясающе! Всего пятнадцать недель — и уже человечек!

— Если присмотреться, у него уже бьется сердечко. Видите? И… А вы кого ждете — сына или дочку?

— Мне всё равно, главное, чтобы здоровенький родился, — опередил Машу Егор. — Но если бы я мог выбирать, то хотел бы первым ребенком девочку.

— Тогда я вас обрадую — у вас будет дочка.

Мария не знала, что ей делать. С одной стороны, замечательно, что ребенок развивается нормально, у них все в порядке. И это девочка! Малышка, ее малышка!! С другой стороны, Егор как-то сильно вошел в роль будущего отца. Это немного пугало и настораживало.

Он же не собирается? Или…

Господи, что ей делать? Она, незаметно для себя, привыкла к его присутствию. Даже на «ты» перешли.

Не один раз уже ловила себя на мысли, что спрашивает себя: «А что на это сказал бы Егор? Как бы поступил Егор? Понравится ли это платье Егору?»

Она сошла с ума, не иначе!

Разведенная, беременная от другого — какой мужчина пожелает иметь рядом с собой такую женщину?

Нет, ей нельзя расслабляться и разрешать себе мечтать и надеяться! Потом, Георгий ни разу за эти месяцы не сказал о своем интересе, чувствах, ничего не попросил, не намекнул. Он просто всё время рядом. Настолько рядом, что она начинает верить, что значит для него больше, чем просто знакомая. А слова… Слова, конечно, важны. Но Дима говорил, что любит, а потом выкинул её из жизни, как надоевшую вещь. Гоша ничего о чувствах не говорит, он просто берет и делает так, чтобы ей было хорошо и удобно, и это красноречивее любых слов.