– Не гони! Я поеду следом, - предупредил Александр.

И они снова ехали друг за другом, в зеркале Кристина видела Геру и лицо Александра, и ей казалось, что он улыбался. Как всё-таки здорово: предвкушение отпуска. Впрочем, а когда она ездила в отпуск? Всегда находились причины, чтобы остаться. Мама, которую нельзя было оставить одну. Потом Алёнка с Витькой. Депрессия. Она привыкла успокаивать себя, что Кратовское озеро заменяет всё.

Переезд оказался закрытым. Не в силах усидеть на месте, девушка подошла к открытому окну машины Александра.

– Я так счастлива, что сама удивляюсь.

– Я рад, - Кристине показалось, что он хочет выйти, чтобы её поцеловать, но переезд открыли, и ей пришлось бежать к машине. Ничего, впереди много времени, и она не позволит никаким Надеждам встать между ними.

Из аэропорта Кристина позвонила Алёнке. Та радостно сообщила, что папа узнал её, и сейчас они вместе пьют чай. Кристина подумала, что это произошло, потому что сегодня посмотрел на девочку глазами Валентины, любимой женщины, которая была счастлива обрести дочь. В этой девочке - пусть даже она оказалась бы негритянкой - он увидел счастье любимой жены. Кристина уже хотела попросить Алёнку, чтобы та передала трубку Валентине, но Алёнка тихо сказала:

– Я скучаю по тебе.

Кристина почувствовала, как защипало глаза, и как она ждала этих слов, и её стремление позвонить было продиктовано желание услышать, что она нужна этой девочке, к которой успела привязаться.

– Я тоже скучаю, - сказала Кристина ласково. Теперь как бы не сложилось будущее, Алёнка-Леночка никогда не будет с ней. Но время залечит рану, оставив лишь белую полоску, символизирующую соединение двух понимающих друг друга душ, которые вынуждены расстаться. Кристина вдруг вспомнила, что начала писать сказку.

– Елена прекрасная, сказала она торжественно.
– Я пишу для тебя сказку. Ведь ты же любишь читать?

– Класс! Напиши обо мне, ладно?

– О тебе? Ладно. У главной героини будут длинные тёмные волосы, которые она должна остричь и перекрасить, чтобы её узнали заколдованные мама с папой.

– Мне нравится, - сказала Аленка.
– А ещё там должна быть ты. Моя далёкая мама. Фея.

– Фея?
– переспросила Кристина.
– Боюсь, солнышко, я гожусь только на роль тёмной волшебницы.

Александр легонько толкнул её в бок и прошептал: «Прекрати!»

– Ладно-ладно, - сказала Кристина.
– Я придумаю себе роль. Передай трубку Валентине, мне надо с ней поговорить.

Кристина сказала, что должна уехать и какое-то время с ней не будет связи и ещё, что они расстались с Витькой и, возможно, Леночку будут искать. На всякий случай она вышлет смской телефоны Витьки и его жены.

– Я не отдам Леночку!
– уверенно заявила Валя.

Кристина предупредила, что ей нужно опасаться Эдуарда.

– О, не беспокойся, скорее всего, мы останемся в Кузьминках и будем сдавать ту квартиру.

– То есть вы останетесь с мужем?
– уточнила Кристина.

– Конечно, у нас же семья.

“Браво, Алёнка”, - подумала Кристина, в который раз убеждаясь в удивительных способностях её души.

– Берегите её, - сказала Кристина, прощаясь.

– Не сомневайтесь. Ведь один раз я её потеряла.

– Надеюсь, она вас не слышит?
– уточнила Кристина.

– Нет, я вышла на лестницу покурить. Никак не могу избавиться от этой привычки, которую приобрела за время одиночества.

Попрощавшись, Кристина отдала телефон Александру.

Он пальцем стер слезу с её щеки.

– Не плачь, ты скоро всё узнаешь.

– Когда?

– Мне говорят, что в Сочи.

– Но я снова потеряла, - всхлипнула Кристина.
– Я всех потеряла. Папу, Корзину, маму… Алёнку.
– Стоит мне к кому-то привязаться, как этот человек уходит из моей жизни.
– Кристина всхлипнула, уткнувшись в его плечо.
– А ведь я была так счастлива, когда покупала ей джинсы.

Весь перелёт Кристина проспала, видимо, сказалось нервное напряжение, а когда проснулась, увидела в иллюминаторе море. Она повернулась к Александру.

– Море.

– Думаю, скоро мы уже сможем искупаться. Ты спала, как та девочка, - Александр кивнул на маленькую пассажирку с кудряшками. Не стал тебя будить, когда разносили еду. Пообедаем в ресторанчике с видом на море. Что думаешь?

– Звучит чудесно.

Номер в гостинице оказался двухкомнатным с видом на узкую горную речку, которая весело сверкала на солнце. Всё здесь было ярким, праздничным и ленивым. Люди, разморенные на солнце, передвигались медленно, медленно разговаривали и даже медленно моргали.